"Об этом говорить не привыкли": известная детская врач рассказала о своей послеродовой депрессии

"Это самый счастливый период в твоей жизни!" Эту фразу часто могут услышать молодые мамы, недавно родившие.
 

Но бывают случаи, когда этот "счастливый период" превращается в настоящий ужас. После родов все внимание приковано к малышу. Но мамам тоже нужно внимание и помощь. Не только физическая, но и эмоциональная. 

О послеродовой депрессии у женщин начали говорить совсем недавно. Но это тема, которую действительно надо поднимать. Многие мужчины, когда слышат от жены: "У меня тоже такое было" , очень удивляются: "В самом деле? А я ничего не заметил".

Это заболевание может возникать у женщин любого возраста. Не имеет значения, это первый, второй или четвертый ребенок. Не важно, видели ли вы раньше детей только на картинках, или вы неонатолог с 10-летним стажем.

Известный детский врач Лидия Бабич рассказала свою историю борьбы с послеродовой депрессией:

Лидия Бабич
Лидия Бабич
Фото: Лідія Бабич / Facebook

"Я сейчас пишу этот текст и чувствую себя очень храброй, что пишу. Мне трудно было решиться.

Моя дочь подрастает. Я тоже во многом выросла. Учусь защищать себя, беречь и любить.

Я смогла осознать, что себя надо беречь, после того как чуть не умерла. Пишу это все, потому что моя история не уникальна.

Раньше у меня был почти суеверный страх о таком кому-то рассказать.

Моя беременность была очень желанной и довольно сложной. Меня преследовал страх потерять ребенка. Где-то половину беременности я почти ежедневно ощущала довольно сильную боль в спине, тазу, в животе. Это истощало и пугало меня. (И я сто раз слышала, что беременные должны быть активными, беременность это не болезнь, все вон ходят себе замечательно, а у кого-то вообще еще есть старшие дети и ничего). Я чувствовала себя виноватой и растерянной, ведь мне трудно порхать бабочкой.

До этого я 10 лет работала неонатологом. В реанимации новорожденных я видела много сложных случаев и очень боялась родить преждевременно. Это просто страх, он не проходит. (Расслабься, не бери в голову, думай о хорошем)

Вера родилась с весом 2490, в неполных 37 недель.
Я не могла выпустить ее из рук. Такая хорошенькая и беззащитная, совершенно очаровательная девочка. Я была уверена, что все страхи и переживания позади. Ведь я педиатр, спикер курсов для беременных, неонатолог с большим опытом. Мое материнство будет легким и безоблачным!
Я не выпускала доченьку из рук и постоянно прикладывала к груди. Но Вера все равно потеряла слишком много веса, была немного обезвожена... И я дала ей два раза докорм смесью из шприца. Давала и плакала от чувства вины, потому что не справилась с кормлением ребенка. Я плакала, что теперь у нас с дочкой уже не будет настоящей близости, потому что мое ГВ уже не считается "полным ГВ", раз я два раза дала смесь. Я не могла расслабиться и много плакала.

Дома у меня было несколько лактостазов с лихорадкой под 40°. Мне было плохо физически и еще хуже эмоционально. Я плакала каждый день. Все время чувствовала себя неудачницей и виноватой перед всеми, перед своим ребенком, перед мужем.
Вера набирала вес "впритык" и я ужасно переживала, что будто не способна накормить ребенка как следует.
Мне очень хотелось сочных яблок. Я ела их и плакала от чувства вины, что яблоки дорого стоят и, видимо, муж будет меня ругать, что я так много съела.
Я вспоминаю себя тогда и не могу понять, как же это со мной случилось?..

А потом я перестала спать.
Вере было где-то 2-2, 5 месяца.
Было три страшных недели, когда я не спала совершенно. Это не преувеличение. Это три недели без единой минуты сна. Я лежала в постели с колотящимся сердцем и планировала самоубийство. Представляла, как я выпрыгну с балкона и этот ужас наконец закончится. Кровать стала местом для пытки, а не гнездом для отдыха.
Я смотрела на детей в парке и мне казалось, что я просто не доживу до того времени, когда Вера тоже будет бегать с детьми.

Обращалась за помощью к психиатру. Но врач попался с достаточно агрессивным подходом и назначил препарат с сильными побочными эффектами. Я не смогла его принимать. Были попытки принимать фитоуспокоительное, магний, еще что-то, но без эффекта. Массаж, акупунктура... Я уже готова была ходить хоть к экстрасенсу, лишь бы только снова начать спать.
Я плакала от зависти к людям, которые могут просто лечь и заснуть. Это наслаждение стало для меня недостижимым.
На несколько месяцев переехала жить к моим родителям. Чрезвычайно благодарна за ту мощную поддержку. Были дни, когда я чувствовала дезориентацию, не могла заставить себя есть.

Это все была тяжелая послеродовая депрессия. Чтобы преодолеть ее, мне понадобилось много времени, несколько лет.
Когда у человека обнаруживают диабет или астму, или еще какую-то хроническую болезнь, об этом говорят много и охотно. О депрессии говорить не привыкли. Я чувствовала (да и чувствую до сих пор иногда) определенную стигматизацию и непонимание. Страшно было осмелиться говорить об этом с коллегами. Однако в разговорах оказалось, что несколько выдающихся врачей, которые являются для меня примером в медицине, тоже узнали на личном опыте, что такое депрессия.

Это химия мозга. Она творит с нами странные вещи, волшебные или страшные.
Влюбленность, депрессия, сон, вдохновение, спокойствие... Обо всем можно рассказать на языке нейромедиаторов и гормонов. Допамин, серотонин, окситоцин, адреналин, кортизол, пролактин...
По мировым данным, у каждой 10-й женщины наблюдаются проявления депрессии после рождения ребенка. И это лишь официально выявленные случаи.
Сейчас я понимаю, что у меня было много факторов риска еще до беременности и родов.
Я до последнего пыталась справиться сама.

Как в поговорке. "Все, что нас не убивает, делает нас сильнее".
Этот опыт помог мне стать такой, какой я являюсь сейчас. Теперь я гораздо лучше понимаю, почему у мам на консультации слезы. Почему такие толстые папки с результатами обследования здоровых детей. Почему ищут чудо-средство, чтобы ребенок хорошо ел, крепко спал (и это дало маме немного покоя). Но эта фраза всегда в скобках, ее не говорят.
Потому что быть изможденной от усталости как будто стыдно. Плакать при ребенке как-то запрещено, надо на позитиве всегда быть. Нужны курсы английского, ныряние в ванне, пальчиковые игры, витаминный перекус и развивающие карточки, а также похудение, блоггинг, стартап, мейк, кросс, лайки, репосты и полезный ужин для семьи. Но нет сил заставить себя встать с постели.

Возможно, в этом тексте кто-то узнает себя.
Выход есть.
Обращайтесь за помощью. К психотерапевту, психиатру, семейному врачу, разбирающемуся в антидепрессантах. Есть препараты, совместимые с ГВ.

Распространенные ошибки:
- просто ждать, пока все пройдет само;
- бесконечно лечить и обследовать ребенка вместо мамы;
- бояться обращаться к психиатру (потому что все узнают, что ты больна);
- бояться, что врач "подсадит на таблетки" на всю жизнь;
- лечить "вегетососудистую дистонию", глисты, дисбактериоз, дискинезию фуфломицинами;
- думать, что психотерапия это лишь выкачка денег, это только для богатых и балованных;
- винить себя;
- изнурять себя чрезмерными спортивными тренировками или строгими диетами, чтобы выбить "клин клином";
- употреблять алкоголь, курить для снятия стресса;
- обвинять родственников в возникновении депрессии;
- опускать руки и терпеть, потому что депрессия теперь навсегда.

Как в фильме Гэндальф говорил отчаявшемуся испуганному Хоббиту: "Даже после самой темной ночи наступает рассвет. Надежда всегда есть".
А еще для меня было крайне важно, чтобы было что рассказать дочке. Когда Вера вырастет, я расскажу ей, что я справилась. Как говорю это сейчас, в принципе. Это опыт страшной борьбы и победы.

И вы тоже сможете.

Это говорю вам я, Лидия Бабич, женщина, мама, успешный педиатр, преодолевшая тяжелую депрессию. Я верю в вас, слышите. Верю во всех, кто читает эти строки со слезами на глазах. Выход есть".

Прокомментируйте

МАТЕРІАЛИ ЗА ТЕМОЮ

Читайте больше