"Должен был под нацистским конвоем сжигать тела своих детей": Бабий Яр – кошмар того, кто выжил после расстрела

Бабий Яр Shutterstock
В древности по дну Бабьего Яра протекал ручей с одноименным названием, который был правым притоком реки Почайны. Да, той самой, в которой, по преданию, произошло первое крещение киевлян князем Владимиром в Х в. А во времена Киевского государства Бабий Яр был естественным защитником Киева...

Когда-то урочище Бабий Яр начиналось возле современной ул. Дорогожицкой, а, собственно, сам яр, его русло, – от ул. Мельникова (современная ул. Ильенко) в сторону Куреневки. С севера отроги оврага доходили до современной ул. Е. Телиги, а один из них перерезал улицу в глубину возле современных домов №№ 25-29. Это был один из самых больших в Киеве оврагов длиной более 2,5 км и вглубь – 5-30 м.

Современный вид ул. Телиги в направлении домов с 25 по 29
Современный вид ул. Телиги в направлении домов с 25 по 29google maps

Историки считают, что название "Бабий Яр" возникло в XV в. Первое упоминание о нем приходится на 1401 г., когда тогда еще владелица этой земли, женщина-шинкарка, продала ее Доминиканскому монастырю.

Вдоль мыса между Бабьим и Репьяховыми Ярами в Кирилловской роще со временем разросся Кирилловский православный погост (действовал до 1929 г.). С севера в 1892-1894 гг. началось Лукьяновское еврейское кладбище, в конце четной стороны современной ул. Ильенко. На еврейском кладбище находился конторский домик, который сохранился по сей день (ныне ул. Ильенко, 44).

Бывший конторский домик, совр. ул. Ильенко, 44
Бывший конторский домик, совр. ул. Ильенко, 44google maps

На нечетной стороне современной ул. Дорогожицкой еще с 1878 г. действовало Лукьяновское православное кладбище (ныне – "заповедник-некрополь").

В книге "Бабий Яр. Книга памяти" президент фонда "Бабий Яр" и Еврейского совета Украины И. Левитас писал: "Те, кто считает, что преступление происходило там, где стоит монумент на улице Дорогожицкой, ошибаются. Бабий Яр – это огромный овраг с ответвлениями, который тянется в сторону Куреневки – до Кирилловской церкви, почти на 3,5 км. По дну его протекали ручьи, которые весной разливались и образовывали озерца. Местные жители называли его Кирилловской. Начинался этот овраг у еврейского кладбища, глухая стена которого тянулась вдоль улицы Мельникова ... Еще сохранился дом, где размещалась контора и ритуальные службы кладбища, – это дом № 44 по ул. Мельникова. Сейчас здесь находится общежитие хоккейной команды "Сокол". Именно здесь находился главный вход и начиналась центральная аллея, которая упиралась в безымянный отрог Кирилловского Яра. В 1991 году здесь установлен памятник "Менора" – еврейский семисвечник"

Схема оврага и маршрут обреченных на расстрел
Схема оврага и маршрут обреченных на расстрелbabynyar.gov.ua

Поляна, на которой происходил предпоследний акт трагедии, – в 100-150 м от перекрестка ул. Дорогожицкой и современной Оранжерейной:

1 – железнодорожные пути на Лукьяновку,
2 – Дом конторы еврейского кладбища,
3 – воинское кладбище,
4 – Лукьяновское кладбище,
5 – место перекрестка нынешней Оранжерейной и Дорогожицкой улиц,
6 – поляна, на которой раздевали жертв перед расстрелом,
7 – отрог оврага

Поэтому если кто думает, что Бабий Яр в современном его виде – это такое место, где можно погулять или просто срезать дорогу домой, – на самом деле, нет. Его история – вокруг нас. Она до сих пор дышит. А до начала 1950-х гг. Это место сохраняло свое историческое лицо. Основное его русло начиналось от ст. м. "Дорогожичи" и тянулось в сторону Куреневки. А на участке от ул. Ильенко до ул. Дорогожицкой был пустырь, заросший кустами и небольшими деревьями.

Майстренко (Лымарева) Раиса Вадимовна

"Мама думала взять с собой моего сводного брата Валю, сына отца от первого брака. Так дедушка говорит: "Ты, Циля, езжай с Раечкой, а потом напишешь письмо и я привезу тогда тебе Валентина". Так что все думали, что будет эвакуация куда-то... Там же железная дорога, узкоколейка, думали, будут
грузить и увозить. Никто не думал, что на расстрел. Все взяли теплые вещи, якобы будут эвакуировать" .

1 октября 1941. После расстрелов в Бабьем Яру
1 октября 1941. После расстрелов в Бабьем ЯруJohannes Hahle

Там детей было много, старики, бабушки, женщины молодые... Взрослые здоровые женщины пешком шли, за подводу просто держались, а старики и дети на подводе были. Сначала ехали, но потом подвода куда-то делась – может, немцы реквизировали. И я помню себя сидящей под белой стеной. Это уже потом мне муж сказал, что это стена стадиона "Старт". Эта стена там единственная, где я могла сидеть.

Немецкие полицаи в толпе женщин у стадиона «Зенит» (сейчас «Спартак»)
Немецкие полицаи в толпе женщин у стадиона «Зенит» (сейчас «Спартак»)Johannes Hahle

Помню, очень хотелось есть, а вокруг меня были банки с вареньем, закрытые газетами и перевязанные тряпочками, и я пыталась добраться до варенья. Помню, что сидела одна – бабушка с мамой пошли смотреть, как вели раввинов на расстрел. Мы не знали, куда их ведут, но они были в нижнем белье, окровавленные.

Я их видела. Я их называла "белыми дедушками", потому что они были, во-первых, в возрасте, седые, и в нижнем белье – кальсоны и рубашка. Один дедушка мне запомнился на всю жизнь. У него была оторвана борода и кровь стекала по бороде".

"Когда мы вышли по Керосинной в район Лукьяновского кладбища, там траншея была и доски, и нас по этим доскам загоняли палками, прикладами на пятачок, там где военное кладбище и гражданское кладбище, выход с Керосинной. На этом пятачке людей сортировали: женщин с грудными детьми грузили в машины, а с маленькими детьми, которые могли ходить, в колонну строили. На этом пятачке был шум, гам – куда-то мама делась, куда-то делись родственники ... а я у бабушки Тани на руках. Бабушка все время крестилась и кричала: "Я русская, я русская". Подошел полицай и говорит: "Чего кричишь? Здесь все жиды". Размахнулся, хотел мне голову разбить. Бабушка плечо подставила, он разбил ей плечо, кровь потекла. Она упала вместе со мной, подошел немец, бабушку за шиворот поднял вместе со мной и толкнул в толпу. Бабушка побежала, обезумела уже от боли, и она крестится, кричит: "Я русская, я русская". Люди начали расступаться, она на край колонны подошла.

Как-то так получилось, что полицаи были на расстоянии, где-то посередине, и бабушка бросилась бежать в сторону Лукьяновского кладбища по диагонали так.
Она бежала, забежала на кладбище, бежала до тех пор, пока хватило сил. Потом рухнула между могилами. Над нами, я хорошо помню, шелестели кусты и бабушкин шепот: "Тише, тише, тише". Боялась, чтобы я не кричала, чтобы нас не нашли. Так мы до утра просидели, а утром пошли искать дорогу домой. Еще девочка с нами побежала, где-то лет 12 ей было. Бабушка ее потом отвела на сталинку.

1 октября 1941. После расстрелов в Бабьем Яру
1 октября 1941. После расстрелов в Бабьем ЯруJohannes Hahle

...У нас два огромных 7-этажных дома. И во дворе все знали, что бабушка притянула меня, как говорят, из Бабьего Яра, но ни дворник, который обязан был выдавать, никто из жителей не выдал. Когда облавы были уже на протяжении двух лет оккупации, то нас с дедушкой предупреждали и мы прятались в подвал. 

Там раньше сараи были, а остались одни колдобины... Немцы, когда приходили с облавой, не спускались, света не было там. Они бросали гранаты, стреляли, если кто жив, так чтобы убить. И мы в этот подвал спрятались с дедушкой – в колдобины, которые остались от гранат, там битые кирпич, стекло. Зашли немцы на ступеньки, в подвал далеко не заходили. Со ступенек бросали пару гранат и поливали из автоматов очередью. Мы укрылись с дедушкой в разных колдобинах. Дедушка говорит: "Если что, хоть кто-то останется жив". Головы опустили, и ни меня, ни дедушку не задели. Потом тихо стало... Я подняла голову. Там отдушина, и в отдушину виден сапог кованый. Потом сапог ушел. Смотрю – лицо показалось, потом лицо пошло и – дуло автомата, и я наклонилась и надо мной очередь.

Вот так мы спасались от облав. Я так рассуждаю, почему нас никто не выдавал. Может, потому, что дедушка был печником, а что такое печник во время войны? Это первый человек!"

Раиса Майстренко только в 1991 году решилась внести имя своей матери, Цили, в Книгу памяти жертв Бабьего Яра. После чего ее бабушка стала Праведницей народов мира: "Я же не родная внучка ей была, она приемная мать отца. Благодаря ей и дедушке я жива. Только бабушка Праведница, евреи решили, что раз дедушка родной, значит должен был спасать, а она... она была святой человек!".

Отец Раи не вернулся с фронта, и бабушка с дедушкой воспитывали девочку до совершеннолетия, выдали замуж, дождались правнуков.

Сидько Михаил Петрович (1936 г. р.)

"Мы жили в трех кварталах от вокзала, на котором стоял поезд с беженцами. В этом поезде должна была эвакуироваться вся наша семья. Отец Петр Андреевич находился в этом поезде с заводом в одном вагоне, мама Коган Берта – и мы, четверо детей: старший брат Гриша – 1928 г. р., сестра Клара 1938 г. р., маленький братик Володя четырех месяцев и я, Миша, – были в другом вагоне этого поезда.

Вдруг старший брат Гриша вспомнил, что он забыл выпустить голубей из голубятни, выскочил из вагона и побежал домой. В это время поезд начал отъезжать, мама вытолкнула остальных детей из вагона, выскочила сама, и поезд ушел. Мы вернулись домой. За дни, которые мы провели в вагоне, нашу квартиру ограбили. Мама от переживаний и трудностей тяжело заболела. Все заботы о семье взял на себя старший брат Гриша, которому было 13 лет.

Немцы вошли в Киев 19 сентября 1941 г. 28 сентября в Киеве было расклеено 2 тысячи объявлений на русском, украинском и немецком языках: "Все жиды города Киева и окрестностей должны явиться в понедельник 29 сентября 1941 года к 8 часам утра на угол улиц Мельниковой и Дегтяревской (возле кладбища). Взять с собой документы, ценные вещи, а также теплую одежду и белье. Кто не выполнит это распоряжение, будет расстрелян".

Листовка о сборе евреев 29 сентября 1941
Листовка о сборе евреев 29 сентября 1941babynyar.gov.ua

...В понедельник утром 29 сентября 1941 года мама собрала нас, и мы пошли на место, указанное в приказе. По дороге соседи убедили маму не идти к месту сбора, поскольку муж – украинец и дети украинцы. Слухи о том, что немцы убивают евреев, уже распространялись в городе. Мы вернулись домой.

Киевляне идут к Бабьему Яру
Киевляне идут к Бабьему Яруbabynyar.gov.ua

Но 30-го утром дворник Лушка привела к нам немцев, и нас погнали к Бабьему Яру. Когда наша колонна оказалась в накопителе, меня и Гришу из колонны в сторону вытащил немецкий офицер, где уже стояли под охраной полицая такие же, как мы, дети. Неожиданно для нас полицай воскликнул: "Разбегайтесь". Мы бросились бежать врассыпную. Полицай сначала выстрелил в воздух, а потом убил двух мальчиков, остальные скрылись. Мама, сестра Клара и маленький братик Володя погибли в Бабьем Яру.

1 октября 1941. Вещи расстрелянных в Бабьем Яру
1 октября 1941. Вещи расстрелянных в Бабьем ЯруJohannes Hahle

Мы с Грицем прибежали домой, но через неделю дворничиха Лушка снова сдала нас полиции. В гестапо, на улице Короленко, 15, нас бросили в подвал, там было много старых евреев, коммунистов, пленных красноармейцев – все едва живые после допросов. Когда они понимали, что их ведут на расстрел, они отдавали свою пищу тем, кто пока оставался жить. Переводчиком в гестапо был наш сосед – фольксдойч Иван Иванович. Он сказал немцам, что мы с братом украинцы, и нас отпустили.

Наступила зима – холод и голод заставил нас воровать уголь на товарной станции, которым мы топили и который меняли на хлеб. Мы попались. Привели нас в жандармерию на вокзале, а оттуда на Короленко, 15 – в гестапо, откуда нас переправили на Короленко, 33, в службу безопасности СД, а оттуда в лагерь смерти "Сырец", рядом с Бабьим Яром. Там было шесть бараков – для взрослых мужчин, один женский и один детский под названием "Приют". Из этого "Приюта" меня перевели на Соломенку в филиал какого-то медучреждения, где над нами, детьми, проводили медицинские опыты – сначала мне заморозили ноги, а потом лечили, на подмышечную область левого плеча посадили энцефалитного клеща, делали уколы. Когда вытаскивали клеща, сделали большой разрез, который не заживал два года. Зимой 1942-43 гг. Гриша бежал из "Приюта" и прятался в близлежащих селах.

1 октября 1941. После расстрелов в Бабьем Яру
1 октября 1941. После расстрелов в Бабьем ЯруJohannes Hahle

На третьем этаже нашего дома жили Софья Криворот-Бакланова с 16-летней дочерью Галей. В их квартире не было отопления, как и во всем доме. Увидев дым, идущий из трубы, выведенной из комнаты в подвале, они пришли к нам и остались с нами жить. Во время облав Софья
Кондратьевна говорила, что мы ее дети, а Галя – что мы ее братья. Укрывая нас, евреев, они рисковали жизнью.

В 2000 г. я с детьми эмигрировал в Израиль и подал заявление в институт Яд Вашем с просьбой о присвоении Софье Кондратьевна и ее дочери звания "Праведник народов мира". В 2004 году почетное звание "Праведник народов мира" было присвоено Галине Елизаровной и Софье Кондратьевне
(посмертно)".

Капер Яков Абрамович (1914-1996)

"Примерно 29-30 сентября 1941 г. из нашего лагеря начали вывозить заключенных в Бабий Яр и там их расстреливать. Меня посадили в последнюю автомашину, но я в районе Лукьяновки выпрыгнул на ходу и упал на дорогу, где лежали трупы. Скрыться мне не удалось. В Пуще-Водице я был пойман гитлеровцами и отправлен в гестапо, а затем в киевский лагерь для евреев на улице Институтской.

Через два месяца меня вместе с другими пятью заключенными погнали на работу в т. н. школу полиции на улице Мельникова, 48. В этой школе, как и в лагере, над нами издевались. В сентябре-октябре 1942 г. меня и еще троих заключенных – Будника Давида, Островского Леонида и Вилкиса Филиппа – посадили в автомашину–душегубку и отвезли в Сырецкий концлагерь, где мы находились до августа 1943 г. Из лагеря нам было видно, как гитлеровцы два или три раза в неделю свозили людей в Бабий Яр на расстрел.

1 октября 1941. После расстрелов в Бабьем Яру
1 октября 1941. После расстрелов в Бабьем ЯруJohannes Hahle

В августе 1943 г. нас отправили в Бабий Яр, заковали в кандалы, заставили вытаскивать трупы, строить специальные печи и сжигать в них останки жертв. Поместили нас в землянку, немцы из зондеркоманды жестоко избивали узников. Ночевали в землянке прямо на сырой земле. Нас было 300 человек с лишним. После раскопок ям мы вытаскивали трупы пожарными баграми (крючками) и складывали их плотно в печи, построенные из каменных плит, балок, прутов и слоев дров, облитых нефтью. Печи зажигали, и они горели больше суток. Одновременно в других местах оврага нас заставляли строить новые печи. Так повторялось много раз.

Кости, остававшиеся после сожжения трупов, мы дробили ступками, просеивали через сетки, смешивали с песком и рассыпали вместе с пеплом, заравнивали дороги. Узников заставляли перед сожжением трупов вытаскивать из них золотые зубы.

Я видел, как в овраг приезжала машина-душегубка, останавливалась на несколько минут с работающим мотором, а потом нас заставляли выгружать из этой машины трупы и бросать их в пылающие печи. Нередко в душегубках люди не умирали и их бросали в огонь живыми. Из горящего костра раздавались крики и стоны. В овраг привозили людей на автомашинах и расстреливали тут же, не умерщвляя газом, а трупы сжигали. Уничтожали в душегубках и расстреливали в Бабьем Яру мирных жителей и партизан.

1 октября 1941. После расстрелов в Бабьем Яру
1 октября 1941. После расстрелов в Бабьем ЯруJohannes Hahle

Однажды приехала душегубка. Там оказались мертвые совсем голые молодые девушки, битком набито... У многих были завязаны косынками волосы. У некоторых в волосах были спрятаны кольца, часы, серьги. Я помню, когда я нес одну девушку на костер, у нее выпали из-под косынки часы, которые она спрятала. Все трупы были мокрые и распаренные, как после хорошей парилки. Это была страшная картина...

Однажды, когда мы вытаскивали трупы, произошло какое-то замешательство, подойти посмотреть нельзя было. Оказалось, один из наших заключенных узнал среди жертв свою жену и двоих детей, убитых в 1941 году. Он был еще не совсем уверен, пока детей не отделили от матери, а когда ее повернули лицом, он узнал шрам на шее после операции, перенесенной до войны. Когда вечером мы вернулись в землянку, он очень плакал и рассказывал, что жена и две девочки 10 и 12 лет не успели эвакуироваться и остались в Киеве. А сам он с первого дня ушел на фронт, попал в плен и оказался здесь. О судьбе своей семьи он ничего не знал. И вот произошла эта страшная встреча...

...Я ночью лежал и думал: вот если бы открыть замок от землянки, наброситься на охрану, чтобы хоть несколько человек ушли и остались живы – все же лучше, чем всех нас расстреляют и сожгут. Мне удалось подобрать ключ к замку, на который была закрыта дверь нашей землянки. Когда все было готово с замком и цепями, мы тихонько подошли к двери, Филипп Уилкес снял замок и крикнул: "Спасайтесь, товарищи! Ура!"

Сырецкий концлагерь
Сырецкий концлагерьbabynyar.gov.ua

Немцы от неожиданности испугались. Но через несколько минут часовой, стоявший на вышке, очнулся и стрелял из пулемета прямо в выход из землянки.
Немцы, дежурившие у землянки, молчали, и я подумал, что пулемет их первыми уложил. Но наши товарищи выскочили первыми, затем рассказали, что они напали на этих немцев. Завязалась драка, а пулеметчик все стрелял в открытую дверь. Люди, несмотря на это, бежали, падали мертвыми, другие бежали... Наконец немцы сориентировались – и вся охрана была уже на ногах. Они бросились догонять нас на машинах, мотоциклах, с собаками. Яр осветили ракетами, мимо нас летели трассирующие пули, поднялась стрельба, как на передовой. Преследователи не знали, в какую сторону стрелять, ведь узники бежали врассыпную, некоторые с цепью на одной ноге: не успели расковать вторую ногу и накрутили на нее цепь, чтобы можно было бежать.

Большинство наших бежали по оврагу. Некоторые поднялись наверх по трассе в направлении бывшего Сырецкого концлагеря, а оттуда – к заводу "Большевик". У тех, которые все еще бежали по оврагу, оставалась одна дорога – на Куреневку. Начало светать, стрельба продолжалась, издалека слышно было
крики, ругань, плач, лай собак. Немцы спустились в овраг. Те, которые на машинах и мотоциклах, мчались ко всем выходам из оврага. Мы бежали без остановки, и немцы не успели загородить нам выход. Когда они ждали нашего выхода из оврага, мы давно вышли и разбежались кто куда... Тогда осталось в живых 18 человек (из примерно 300 заключенных)".

Справка. 29-30 сентября 1941 г. жертвами нацистов в Бабьем Яру стали почти 34 тыс. человек. Первого октября на место трагедии приехал немецкий фотограф Йоханнес Хеле (Johannes Hahle), фотограф 637-го немецкого отряда пропаганды 6-й Армии. Он сделал 29 цветных фото, в т. ч как солдаты СС роются в вещах расстрелянных евреев, а советские военнопленные закапывают тела. Он зафиксировал и тела убитых киевлян на улицах центра Киева. За несколько лет Хеле сделал сотни фотографий.

1 октября 1941. После расстрелов в Бабьем Яру
1 октября 1941. После расстрелов в Бабьем ЯруJohannes Hahle

Часть он хранил у себя дома. Все фото сделаны на 36 мм пленку AGFA Color. Хеле пропал без вести или погиб в 1944 г., а в начале 1950-х его вдова продала пленку с фотографиями берлинскому журналисту Хансу Георгу Шульцу. В 1961 г. юрист Вагнер предоставил их копии следствию как свидетельство преступлений Зондеркоманды 4а. В конце концов копии оказались в немецком Госархиве Гессена. В 2000 г. фрау Шульц продала оригиналы фотографий Гамбургскому институту социальных исследований.

Читайте также: Нетуристическая история Украины: донецкий Хутор-призрак, "эзотерическая" Винницкая область и не только (часть I)

Предыдущий материал
Теракт 11 сентября 2001 года в США: история собаки, которая спасла своего хозяина от гибели, и малоизвестные факты трагического дня
Следующий материал
россияне штурмуют на 4 направлениях, за сутки на фронте почти 70 боевых столкновений – сводка Генштаба