Как русские присвоили память об Иване Козловском: ария украинца – в обмен на жизнь Читайте українською

Иван Семенович Козловский UA/TV
У обычного портного из села Марьяновка под Белой Церковью 24 марта 1900 года родился сын. Он должен был стать священником, как хотела его мама. Был сельским конюхом – по доброй воле. И этот мальчик-конюх с серебристым тенором "от марьяновских ив" не дрожал никогда и ни перед кем – ни перед церковными сановниками, ни перед прицельным взглядом Сталина

"Послушайте меня, и сами убедитесь, что брать надо!"

“Мама мечтала, чтобы я стал священником. Меня отдали в школу, оттуда было “рукой подать” до архиерейского сана. После нее принимали в семинарию, где учились четыре года на священника. Если хотел стать богословом – еще год. Потом можно поступить и в академию. Жил я в Михайловском монастыре”, – вспоминал певец.

Иван Козловский с 7-летнего возраста пел в хоре на клиросе Софийского собора. Но едва у него начал ломаться голос, петь там ему временно запретили. Парень скучал, а потом в знак протеста сбежал из бурсы. Вернувшись в Марьяновку, устроился работать… сельским конюхом.

Он – сын деревенского портного – хотел “всем им показать”, даже собрался идти на фронт Первой мировой войны добровольцем. На станции он проник в вагон санитарного поезда, но на очередном полустанке какой-то бывалый солдат высадил подростка. Тогда Козловский вернулся в Киев, где снова решил “всем им показать”. Но… дело было не из легких. Чтобы не умереть с голоду, юноша пел по деревням. Пока однажды не “прорезался” его удивительный тенор.

Поняв, что музыка позвала его обратно, на сцену, в 1917 г. Иван Козловский явился в Киев, где приемной комиссии, которая как раз набирала абитуриентов на вокальный факультет новообразованного Государственного музыкально-драматического института им. М.В.Лысенко, с порога заявил:

– Послушайте меня, и сами убедитесь, что брать надо!

– Подумаешь, Собинов! – поёрничала профессура.

Кто такой Собинов, юноша не знал, но когда запел голосом “от марьяновских ив”, сразу получил возможность бесплатно учиться в вузе.

Однако, была у Ивана Семеновича одна большая тайна. В 1919 году, в составе новообразованной Украинской республиканской капеллы под руководством Александра Кошица, старший брат певца, 24-летний Федор Козловский выехал на гастроли в Западную Европу и Северную Америку. Учитывая установление в Украине большевистской власти и московитской диктатуры – Федор Семенович, как и весь хор в полном составе – по окончании турне на Родину не вернулись. Со временем Федор Козловский выучился на священника и имел паству в городке Пайн-Буш под Нью-Йорком, где сейчас и похоронен.

Этот факт в биографии солиста Большого театра оставался тайной за семью печатями. Это была большая тайна Ивана Семеновича, о которой он не мог говорить даже с самыми близкими друзьями.

...Самое крупное политическое животное пальцем нарисовало на левой стороне груди однозначный символ

1938 год. После громкого скандала дирекция Большого театра уволила тогда уже хорошо известного лирического тенора с работы.

Прошел где-то год, и в Кремле захотели послушать “божественного украинца”.

Забытого артиста нашли и доставили Сталину. В тот вечер Иван Семенович, говорят, был в ударе, а пел – как всегда, безупречно. Особенно понравилась Сталину “Песенка герцога” из оперы “Риголетто” Джузеппе Верди.

– Повторите еще раз, – жестом приказал из ложи тот.

В ответ Иван Козловский схватился рукой за горло. Мол, дважды подряд вытянуть финальную фермату чрезвычайно сложно.

Был бы на сцене кто-то другой – уже, пожалуй, стоял бы у стенки. Но самое крупное политическое животное только пальцем нарисовало на левой стороне груди однозначный символ. Иван Семенович понял этот знак и ему еще раз пришлось выполнить арию:

– Сердце красавицы склонно к измене...

Вскоре “Песенка герцога” вернула солиста в Большой театр – на неслыханно выгодных условиях, а еще – на груди тенора появился орден Ленина и ему было подарено звание Народного артиста СССР (1940).

Фан-клуб "козловитянок"

Рассказывая о службе Ивана Семеновича в Большом театре, следует вспомнить другого выдающегося тенора тех времен – Сергея Лемешева.

Биографии  певцов во многом похожи: Лемешев тоже родился в деревне, тоже в 1920-х пел в Свердловской опере, его голос также ценил корифей оперной сцены, упомянутый выше Леонид Собинов. И репертуар у него был тот же, что и у Козловского.

В тогдашней Москве были даже два лагеря оперных поклонниц: "козловитянки" и "лемешистки".

Певцы-конкуренты не были друзьями, но и не враждовали. Лемешев вспоминал о Козловском так: "Слушая почти все спектакли Ивана Семеновича, я стал разбираться в особенностях его вокального аппарата, техники и интерпретации. Иногда, впрочем, мысленно вступал с ним в спор, что-то не принимал. Но всегда восхищался".

"Фотографироваться вдвоем – на разлуку"

Иван Козловский был очень суеверным. Он мог изменить маршрут, если дорогу перебегала черная кошка, всегда выходил из театра через один и тот же выход, считал, что пустые ведра предвещают неудачу. Несмотря на уговоры, не сфотографировался с Собиновым, которого очень уважал, потому что "есть такая примета: фотографироваться вдвоем – на разлуку", – говорил Козловский.

Десятилетиями художник носил один и тот же портфель, потому что считал его счастливым. Легендарный портфель подарил Ивану Семеновичу знаменитый украинский бас Михаил Донец, расстрелянный в 1941-м НКВДистами.

Михаил Донец, хороший друг Ивана Козловского. Расстрелян НКВД в 1941 г.
Михаил Донец, хороший друг Ивана Козловского. Расстрелян НКВД в 1941 г.відкриті джерела

Голос свой Иван Семенович берег фанатично, в холодную погоду старался не разговаривать на улице, после стакана горячего чая долгое время на улицу не выходил, на бис почти никогда не пел... В составленной им самим молитве просил: "Пошли, Боже, хорошо петь, прославлять свой род, долго жить на свете".

Как россияне Козловскому... изменили национальность

Козловский был патриотом. Иван Семенович поддерживал тесные связи с киевскими артистами и земляками-марьяновцами. В его московской квартире всегда звучала украинская речь.

В репертуаре певца были "политически опасные" украинские произведения: "Мне все равно" на слова Т. Г. Шевченко, песни украинских сечевых стрельцов (с несколько измененным текстом) и др.

Иван Семенович завещал похоронить себя в родной Марьяновке, сам выбрал место для могилы – но последняя воля певца не была выполнена: украинец нашел свой последний приют на официозном Новодевичьем кладбище в Москве.

Московские шовинисты делали и делают все, чтобы вычеркнуть украинскую страницу биографии Козловского.

Прежде всего это касается издания его украинских произведений. Некоторые его лучшие записи на украинском языке не переиздавались 50-60 лет. Лишь благодаря стараниям дочери Анны Ивановны, которая жила в Москве, и Фонда Козловского 24 марта 2004 г. состоялась презентация компакт-диска с украинскими произведениями в исполнении Ивана Семеновича. Но и этот заказ московская фирма MOROZ Records выполнила очень небрежно.

Очень красноречивыми являются большинство изданных в Москве биографий Козловского. Из них можно узнать, что Козловский исполнял произведения Шапорина и Власова, однако в списке нет… украинских классиков Гулака-Артемовского и Лысенко.

Авторы пишут, что "с большим мастерством исполняет И. С. Козловский русские старинные романсы" – и им "неизвестно", что певец трижды записывал украинский романс "Когда расстаются двое", как и другие украинские произведения в этом жанре.

Как правило, пишут, что Козловский (который переехал в Москву уже состоявшимся, известным певцом, солистом Киевского оперного театра) "является ярким представителем русской вокальной школы".

Шовинистическое хамство перешло все границы – в Москве певцу даже… была изменена национальность. Он теперь не "советский" или "российский" (чтобы там вспомнили, что он украинец – нечего и говорить), а… "русский" певец.

Предыдущий материал
Ухань или Вухань: как правильно произносить названия городов и брендов и почему это важно
Следующий материал
"Сказать родителям, что ты "на нуле", страшнее, чем идти в бой": бойцы Нацгвардии вспомнили первые годы российско-украинской войны
Loading...