В октябре 1963 года чуть южнее Армянска, в степи, на берегу еще пустого русла Северо-Крымского канала, собрался многотысячный митинг. На трибуне высотой в человеческий рост на ткани крупными буквами выведена надпись: "Приветствуем тебя, Днепр, на земле крымской!". Сбоку сонно зевали пионеры с охапками поздних цветов.
С трибуны, импульсивно жестикулируя, говорил Никита Хрущев, глава правительства СССР и главный коммунист страны. Оратор уверял: в стране вот-вот наступит коммунизм и даже он надеется пожить при этом строе. А для Крыма эта эпоха, уверял он, уже наступила – потому что канал, который даст полуострову днепровскую воду, осталось только открыть. И именно поэтому он, советский руководитель, здесь, под Армянском.
План орошения степных пространств на севере Крыма утвердил еще Иосиф Сталин в рамках программы великого преобразования природы.
В 1951-м, за два года до смерти Сталина, началось строительство Каховского водохранилища под электростанцию. ГЭС должна была дать энергию югу Украины вместе с Крымом. А искусственное море на Днепре, которое удерживала ее плотина, – оросить степи полуострова на площади 165 тыс. га.
Но никто из присутствующих, как и во всем Союзе, тогда не догадывался, что Каховское море будет испаряться быстрее, чем предполагали гидрологи. А Северо-Крымский канал, добравшийся в 1971-м до Керчи, – будет терять больше 40% воды, которая будет уходить через трещины искусственного русла в землю.
Чтобы постоянно пополнять запасы воды, которые уходили в никуда, еще при Хрущеве власти распорядятся возвести выше по течению Днепра четыре моря-водохранилища – кроме имеющегося Запорожского появятся Днепродзержинское (ныне – Каменское), Кременчугское, Каневское и Киевское.
Осенью 1963-го Хрущев даже и понять не мог, что в далеком 2003-м на Общеевропейской конференции министров окружающей среды украинцы озвучат доклад об эффективности сталинско-хрущевского водного наследия. Его выводы будут неутешительными: шесть искусственных водоемов на Днепре покрыли более 500 тыс. га плодородных полей – втрое больше, чем планировалось оросить в Крыму. Даже если учитывать, что днепровская вода из Каховского моря питает и степи Донбасса, такой размен угодьями выглядит весьма сомнительно.
Триумф... и трагедия
Ноябрь 1958-го. Успешная всесоюзная премьера фильма "Поэма о море" – о Каховском водохранилище. В титрах указано: автор фильма – Александр Довженко. Только вот сам художник умер от инфаркта еще 25 ноября 1956-го. На следующий день после его смерти должны были начаться съемки "Поэмы...", и фильм поставила уже вдова автора.
Довженко готовился к ленте 5 лет. Длительное время жил между Каховками – Новой и Старой, Киевом, где хотел снимать фильм, и Москвой, где был прописан.
Остались подробные планы будущих эпизодов "Поэмы..." и зарисовки героев, списанные с реальных людей. И критики говорят, что Довженко относительно сталинского плана преобразования природы на Поднепровье не имел единой мысли.
Режиссер, казалось бы, воспевает сталинские проекты: "Угаснут грозные бури, засуха, облагородится климат. И мы войдем в Бессмертие, красивые, как и дело наших рук... Вот исторический ответ, который дает сегодня коммунизм анархическому капитализму".
Но пышные слова в записной книжке перемежающихся с саркастическими наблюдениями.
Довженко о приеме у партийного чиновника в Старой Каховке: "Октябрь 1952-го. Зашел к N. В кабинет. Передо мной сидит свинья... Через несколько минут молчания она, не глядя на меня, спросила, что мне надо. Затем таким же... трактирно-хамским тоном она спросила меня, для какой цели, и потом помолчала минуты три, занимаясь подписыванием каких-то бумаг. Соизволила сказать мне, также не глядя, что она не может мне выделить никого в провожатые для осмотра участка бетонных заводов и что она может дать мне записку к прорабу N. Я пошел. Свинтус так и не взглянул на меня.."
Впрочем, в целом фильм получился пафосным, как того и требовал госзаказ.
"Любите землю и труд на земле, ибо без этого не будет счастья нам и детям нашим ни на какой планете!", – призывает глава затопленного колхоза Савва Зарудный в финале картины.
Последние фразы запоминаются лучше всего, и комиссия, которая оценивала "Поэму", признала весь фильм идеологически выдержанным.
Но для жителей приднепровских плавней, которые пережили то бессмысленное переселение, "Поэма" прозвучала как реквием.
Апокалипсис
"Я посмотрел это кино не менее четырех раз. И всегда во время эпизода, когда крестьяне, прощаясь, гладили стены своих мазанок, наворачивались слезы. Наше село осталось, а Паньковку, которая в 1,5 км, накрыла вода. Котлован под наше море заполнили в 1964-м. Но людей оттуда выселили еще раньше. И когда их семьи вывозили, наши односельчане ходили помогать грузить на студебеккер их нехитрую домашнюю утварь. Но это было лишним – чтобы паньковчане не медлили, в деревни заходил отряд военных и обеспечивал быстрые сборы", – вспоминает 81-летний Николай Холодный из села Куриловка, которое находится на левом берегу Каменского водохранилища.
Согласно генплану, каскад днепровских водохранилищ затапливал чуть больше 1,5 тыс. населенных пунктов. Но ученый-почвовед Виктор Ковда, который еще при жизни Сталина писал научные панегирики Великому плану преобразования природы, в середине 1960-х подсчитал: на дне искусственных водоемов оказалось около 2,5 тыс. сел и 156 городков. По разным данным, с обжитых веками мест изгнали около 3 млн жителей.
Андрей Шульга, очевидец сооружения Каховского водохранилища, вспоминал: "Когда вода начала заполнять дно моря, то на берегу... стояли люди, преимущественно старшего возраста, и плакали. По мутной воде плыли, вращались, ныряли и выныривали огромные деревья и стога сена. Плыли животные: коровы, свиньи, олени. Полезли на берег тысячи водяных крыс, змей. Над огромной грязной лужей кружили дикие утки, гуси, другая разная птица. Для плавневых животных это был конец света. Выплывали и бились о берег вымытые волнами тела мертвецов, которые были похоронены недавно и не перенесены на другое место. Эту страшную картину нельзя описать, ее нужно было видеть".
К вопросу переноса могил предков власти часто относились довольно цинично.
Андрей Шульга рассказывал: "Кто им доплатит больше, тех родственников они откапывают. Но гроб должен привезти заказчик-родственник. Мы видели этот кошмар. Разрытые могилы. На кладбище кругом валяются человеческие черепа и кости. Следом бульдозер сгребает и смешивает всех и все с землей".
Новые дома для переселенцев иногда становились сплошным кошмаром. Колоритный микроклимат украинских сел с кривыми улочками и мазанками под крышами из соломы сменили ряды одинаковых зданий под шифером.
В январе 1958-го, еще до выхода "Поэмы о море" с добротными новыми домами колхозников, газета "Колхозное село" разместила фельетон переселенца Иващенко из Новой Михайловки Херсонской области – туда свезли жителей трех затопленных Каховским морем сел.
"Представляете себе хорошо обставленные комнаты с земляным полом? Переселенцы в состоянии настелить деревянный пол сами, но не могут получить материалы, потому что в наше село их завозят очень мало", – писал автор.
В октябре 1954-го Довженко написал в дневнике: "Сделать фильм о нынешнем селе невероятно трудно, если всерьез говорить о правде жизни, а не лгать в угоду чиновникам... Одна только внешность побуждает людей к горьким размышлениям. Лица умные, потому что люди действительно умные, но это такие сплошные озабоченные, зажатые будни".
Хотя молодежь довольно бодро реагировала на разговоры о светлом будущем. Николай Холодный вспоминал: "Отец, вернувшийся с фронта, не раз говорил: "Потерпите немного. Еще несколько лет – и наступит коммунизм". Я спрашивал его: "Как это оно будет при коммунизме?" А он: "Представляешь, заходишь в магазин, а там есть все что хочешь, и можно брать без денег". Бывало, даже в студенческую пору наслушаешься таких мечтаний, выходишь на улицу, и словно крылья за спиной – настолько они вдохновляли".
И в радости, и в горе
На митинге по случаю пуска первой днепровской воды на полуостров Хрущев и на то время глава КП Украины Петр Шелест перерезали ленту. В 13:45 хозяин Кремля с трибуны по телефону дал команду саперам, и те взорвали перемычку, которая сдерживала воды Днепра на Турецком валу.
Хрущев тогда воскликнул: "Вот бы измазать вас всех этой замечательной грязью!"
Симферопольский журналист Алексей Бирюков, который был на открытии, вспоминал: "Присутствующие бросились прямо в воду, стояли по колено, умывались, мыли руки".
А потом чиновники из свиты Хрущева пустили в народ слова, которые тот сказал Шелесту: "Как правильно мы поступили, что передали Крым Украине! Теперь мы сделали еще большее дело – с каналом Крым оживет".
Бытует мнение, что Хрущев самовольно "подарил" полуостров Украине. Но на заседании ЦК КПСС в январе 1954-го, когда решался этот вопрос, он отсутствовал. А постановление подписал глава правительства Георгий Маленков, которого тогда считали главным преемником Сталина. Передачу Крыма обсуждали лишь 15 минут.
Северо-Крымский канал стал одной из самых логичных причин передать полуостров УССР. Дирекция строительства с 1951 года находилась в Симферополе, то есть в РСФСР, а основные работы начались в Новой Каховке в УССР. Это вызвало путаницу в вертикалях руководства проекта и его финансировании. "Так проще", – говорили в Кремле, отдавая Украине этот чемодан без ручки.
Кроме канала, полуостров нуждался в коммунальной и хозяйственной инфраструктуре. Почти с нуля. Поговаривают, на весь Крым тогда работали только 29 продуктовых магазинов. Товарооборот полуострова преимущественно происходил на рынках, где главной валютой были продовольственные излишки.
В начале 1961-го по указанию Кремля в северном Крыму начались земляные работы. Саперы извлекли около 5 тыс. мин и снарядов времен Второй мировой. Затем археологи спешно собирали хоть какие-то артефакты множества культур, которые существовали на пути канала. Потом загудели бульдозеры и скреперы. От Каховки до Керчи под русло протяженностью 402 км планировали вынуть объем грунта, который равен 4-м Суэцким каналам.
Жили строители в палатках возле рабочих площадок. Трудовой порыв просто зашкаливал.
Не хлебом единым
Поощрения за ударный труд на строительстве, по современным меркам, выглядят как издевательство. Рядовые строители получали грамоты Ленинского комсомола Украины, путевки в Москву для посещения ВДНХ СССР и другие почетные грамоты. А управление Крымканалстроя за время возведения водной магистрали 36 раз получало переходящие красные знамена от различных министерств и ведомств.
Только в конце 1960-х некоторые бригады строителей канала начали осваивать советское экономическое новшество – хозрасчет: зарплатный фонд, отведенный бюджетом, коллектив распределял самостоятельно. При условии, что деньги начислялись за определенный объем труда, ускоренный темп работы вознаграждался повышенными зарплатами и премиями. Но долго по такому принципу работали только 4 из 52 бригад Крымканалстроя.
В 1971 году, через десять лет после начала строительства, по самому длинному каналу в Европе вода из Днепра добралась в дома в Керчи. К концу 1990-х множество его ответвлений обеспечили Крым водой на 85%.
В 2014-м, через пол года после российской аннексии Крыма, канал перекрыли шлюзом, построенным до Перекопского перешейка. Поток днепровской воды для крымчан иссяк.
"Власти" полуострова утверждают, что около половины русла канала сейчас используется для переброски воды из горных водохранилищ Белогорского района Крыма на восток полуострова. В 2015-м эту часть канала стали эксплуатировать круглогодично. С тех пор по его руслу подается питьевая вода из подземных водозаборов севере Крыма на Керченский полуостров. Это позволяет местному "руководству" сохранять уверенность, что "земля, вернувшаяся в родную гавань" проживет и без украинской воды.
Специалисты утверждают, что канал нуждается в срочной реконструкции, которая будет стоить $1,25 млрд. Это помимо тех $2 млрд, которые, по словам российского экономиста Владислава Иноземцева, Россия ежегодно тратит на содержание Крыма.
По материалам "Новое время"