Вспоминая бои на Херсонщине, военнослужащие говорят: "Крынки – это сразу "мясо", сразу по-жесткому". В настоящее время морпехи воюют на востоке. И на ребят возлагают большие надежды жители Покровска.
Бойцы 38-й бригады морской пехоты всегда держат оружие наготове
– Оружие должно быть всегда начищенным.
– Полностью нужно разбирать?
– Да, конечно. Если просто после выстрелов на полигоне, то чистка занимает около 20-30 минут. Если после выхода на позицию, это может занимать около двух часов, а то и не один раз.
– Автоматы у вас – АК?
– Да. Есть и М4, но преимущественно это автоматы Калашникова, потому что АК менее прихотлив к сырости.
– Сколько с собой нужно БК брать? Патронов, в частности?
– Чем больше, тем лучше. У меня – шесть магазинов, так будет 18 пачек. Один парень пришел, так 40 магазинов "лупанул" за 10 дней.
– Штурм был?
– Набегали ребята к нашим, к нам.
– Ребята? Прям ребята набегали?
– Да, ****.
– Последний раз я "выдал" из Браунинга два короба. Это за 15 минут, пока они там бегали.
"Высадка в Нормандии": "залетаешь" на тот берег, а по тебе ведут огонь
"Самец", военнослужащий 38-й бригады морской пехоты, рассказал о походе морпехов на Крынки:
– Где-то 26-го, перед Новым годом прибыли. 1 января мы уже попали в Крынки. Всю дорогу, пока плывешь, по тебе бьет оружие разных калибров: и минометы, и кассетные снаряды. Мне удалось доплыть: нашу лодку не подбили. Как говорил один из побратимов, если попадаешь на Крынки – это сразу "мясо", сразу жестоко. Мне это напомнило фильм "Высадка в Нормандии", только не было этих пулеметов с берега. То есть всюду бахкает и разрывается. Но до первых ранений и того, что увидишь вокруг, не очень понимаешь опасность.
– У оккупантов точки нашей "выгрузки" были пристреляны, то есть сразу, как "залетаешь" на тот берег, по тебе ведут огонь. Шансы на то, что можно стать "трехсотым" или "двухсотым" очень высоки. На той стороне, в лесу, мы переоделись: там, как командный пункт, выкопанные бойцами "лежки". Оттуда уже выходили на позиции.
– "Лежки" это ямки?
– Да. Они могли быть вырыты как с нуля, так и те, что потом докопали и оборудовали... Это накрытие из древесины, которого там было достаточно, потому что вокруг сосновый лес. Когда его разбили, там осталось много готовых бревен. Из них делать "лежки" и держали оборону.
Сейчас 38-я бригада – на Покровском направлении
Самый центр Покровска. Город не разбит, но разрушения есть. Чаще "прилетает" на окраины. В одном из местных магазинов продают даже кофе:
– О, есть кофе, ничего себе! Как вы работаете здесь?
– Ну…
– Люди есть? Что покупают?
– И конфеты, и торты покупают – гормон радости, молочко, колбаску, хлебчик. Все покупают, пока здесь. Вот когда русня зайдет, я уеду отсюда. Я уже вывезла своих собак, кошек, только лавочка осталась.
– Страшно?
– А кто не боится? Ну, не дёргаемся. Некуда людям ехать. Эвакуацию предлагают: ну, вывезут и оставят, нет денег у людей, ничего нет. Здесь бабушки преимущественно. Я закрывала магазин на пару дней, когда своих животных вывозила, так когда вернулась, бабушки плакали: "Мы думали, что вы закрылись и мы без хлеба остались". Короче... есть еще люди. Пока ребята держат город, еще здесь побудем, а потом выйдем, пешком выйдем. Я думала удержат Донбасс, у меня была такая надежда, да я и сейчас верю: может придумают ребята что-нибудь. Верю в Бога и ВСУ.
Под Покровском россияне "живут" только месяц
Морпехи 38-й бригады рассказывают, что срок пребывания российских оккупантов на фронте очень короткий.
– У них – контракт. То есть на пункте отбора контрактники были с 28 августа, а 10 – 15 октября они уже были 200-е, 300-е. Был такой даже штурмовик из группы захвата, проживший на войне, грубо говоря, месяц. День в день: когда он подписал контракт, то через месяц "задвохсотился", но был под наркотиками.
"Пророк", командир десантно-штурмовой роты 38-й бригады морской пехоты, показывает документы российского контрактника.
– Брали пленника, который сидел на позиции три месяца без еды и воды. На пятый день он сдался в плен, потому что мы туда немного забросили мину "ТМ-ку". Пока на нашем направлении контролируемая ситуация. Но два месяца тому назад здесь был хаос. Наша бригада пришла сюда и стабилизировала ситуацию. К примеру, если брать наших соседей справа, то там враг пытается двигаться на танках, на БМП и пехотой. А слева россияне старались идти на каких-то обрезанных "жигулях", сделав из них "пикапы". То есть заходит какое-то подразделение: что у него есть, с тем оно и идет.
– У них есть самый "золотой ресурс", которого нет у нас: у них много пехоты. Они идут в поле, среди бела дня, или ночью без ночников, без тепловизоров, без техники. По двадцать-тридцать человек, из которых зайдут только двое или трое. Их бригады и полки здесь немного "стерлись", и теперь сюда "бросают" всех. На одном участке, протяженностью в 2 км, могут быть четыре бригады.
Перед выходом на позиции защитники собирают боевой рюкзак
– Начинаем с того, что комплектуем его: сиделочка, чтобы под попу подложить, если где-то там садишься, плащевик от дождя, обязательно должны быть носки на замену, потому что уход за ногами обязательно должен быть. Еще влажные салфетки, чтобы вытереть руки-лица-ноги, сменное белье, вода и что-то для быстрых перекусов.
– Еще добавляем батончики – сладко, приятно и калорийно. Надо положить посуду для того, чтобы разогревать пищу, а еще колбасу, может быть какой-нибудь бочок, сало, масло. В рюкзак добавляем лопатку и наборы для чистки оружия. Обязательно берем шнуры для подзарядки гаджетов, фонарики. И оставляем место для боекомплекта.
Военнослужащие, выезжающие на "ноль" для боевого дежурства, говорят, что лучшая погода – это туман, дождь или другие осадки.
– В непогоду не могут летать вражеские дроны, потому что очень плохо видят. А когда сильный ветер, они совсем не летают.
– Оккупанты используют оптико-волоконные дроны, FPV-дроны, которыми они залетают даже на той дороге, что вы двигались. Для них это открытое пространство. Враг имеет много ночных беспилотников: их использует не только как FPV, как камикадзе для уничтожения техники, но и для разведки.
– Для военных: плохая погода – это "хорошая погода"?
– Да. Это если ехать туда, где не очень весело.
Бойцы 38-й отдельной бригады морской пехоты едут на позиции на бронированном автомобиле. В середине: рюкзаки, мешки с едой, БК, автоматы, броня, шлемы.
– "Выход" – это не один день?
– Если все хорошо, без ран и так далее, то около 10 дней в среднем. Иногда человек на позициях может быть и больше: бывало, ребята на 30 дней выходили.
– На Крынках каждый день очень много было "накатов" от россиян – они постоянно двигались в нашем направлении. Мы держали левую часть, где они пытались зайти в село. Там было только два пути, чтобы доставить продукты или БК: либо на лодках с людьми, либо на больших массивных дронах. А здесь такой проблемы нет. Логистические пути у нас отлажены, есть постоянный подвоз пехоты, БК, еды. А у оккупантов здесь тенденция одна: это мясные хаотические накаты. На нашем участке они обычно перемещаются малыми группами, это может быть один или два человека. Они скапливаются в одной точке и только потом пытаются штурмовать.
Отдежурившие свое пехотинцы возвращаются "на базу" – отдыхать
– Ну что, как вы?
– Все прекрасно, жизнь – малина.
– Это прекрасно!
– Как на позициях было?
– Достаточно таки «жарко», не скучно, все было четко. У нас всегда все идет по плану.
– На "нуле" был 16 дней. Я бы еще остался, но нужно немного "дела порешать".
– В смысле – помыться, постирать одежду?
– Не надо, пожалуйста, я мечтаю об этом!
– Какая здесь ситуация сейчас?
– Более или менее стабильная. Штурмы идут. Бывает, что нападают довольно часто. День на день не выпадает, потому что все зависит от погоды: обычно они лезут, когда туман, мряка.
В течение трех месяцев 38-я бригада сыграла ключевую роль под Покровском и Мирноградом. В штурмовых действиях морпехи "дали врагу по зубам", и сейчас он "присел на пятую точку" и ждет.
– Все у нас идет хорошо. Мы ребята горячие, что делаем – знаем, главное относиться ко всему с позитивом и все будет ясно. Сейчас обустраиваем новую позицию. Выгрузим дрова для блиндажей, оформляем точку, чтобы было проще выполнять боевые задания.
– Сколько вы брали с собой БК и сколько везете обратно?
– Все магазины должны быть полными, потому что выходим с боевой задачи и неизвестно, что может быть на пути. На этот раз было спокойно. Пара дронов пролетела, но мы спрятались и все нормально. Но бывают разные моменты.
– А вам хочется чего-нибудь вкусненького сейчас поесть? "На базе" ждут котлетки и биточки.
– Мы – украинцы, поэтому обычно любим поесть. И поверьте, мы сейчас туда вернемся и всего этого там уже не будет!
– Боже, как хорошо пахнет!
– Здесь есть печень жареная, рульки запеченные, рыба жареная, еще есть шампиньоны с мясом, куриная отбивная, свиная котлета, рулет из подбрюшины, крученики с твердым сыром, грибами.
Повар, которого в подразделении важно называют "Шеф", говорит, что это не праздничные блюда, а ежедневные. Сегодня бойцов порадуют: макароны, сарделька, фаршированный перец и борщ зеленый. Еще – шашлычок.
– Мясо такое нежное, мягкое… Я свинину не ем, потому что она для меня жирная, но это очень вкусно, очень!
– Сегодня я иду на позиции, на 10 дней, так ребята очень жалеют.
– Вы, повар, на позициях будете?
– Да. 10 дней там, 10 дней здесь.
– Если честно, для нас всегда радость, когда наш "Шеф" здесь. Потому что когда он идет на позицию, это для всех горе, приходится переходить на сухпаи: "Мивина", пюрешка, такое...
– Давно вы поваром работаете?
– У меня 30 лет стажа, я – шеф-повар. Моя первая специальность "повар детского диетического питания", а вторая – "повар-технолог". Окончил Хмельницкий пищевой техникум.
– Вы мобилизованный?
– Да, с сентября.
– Как вам на позициях?
– Хорошо. И страшно как на войне.
Военнослужащий "Тихий" на войне с марта 2022 года. Возвращаясь с "нуля", сразу берется за кофе.
– 38-я бригада не была сразу. Сначала я был в 503-й. В Херсонской области, в Крынках. Труднее всего было переплыть Днепр. На суше, в крайнем случае, можно отбежать, где-то спрятаться, а там вода. Хорошо, кто умеет плавать, то бронежилет и всю экипировку надо бегом сбросить, а то пойдешь ко дну. Плюс одежда намокает, лишний вес. Кто не очень хорошо плавает, те просто тонут.
– Были такие случаи?
– Были, просто ребята не успевали выплыть.
Бойцы продемонстрировали трофейное оружие, на которое нацепили сине-желтую ленту.
– Что здесь написано?
– "Домовой". Его хозяин был когда-то. А здесь: "Подкова".
– Как оно, работать с трофейным оружием?
– Прекрасно.
Морпехи говорят, сейчас штурмовые действия и стычки происходят на отдельных участках. Подняться до того уровня, который был на левом берегу Херсона, когда выполняли задачу по форсированию реки и десантированию – сейчас это невозможно.
"Мандаринка – это отдельный вид кайфа. Я счастлив!"
– Что может быть лучше запаха мандаринки?
– Может, запах мяса?
– Нет! Мандаринка! Она мне снилась. Реально, без шуток – снилась мандаринка. Спасибо!
– Дайте другим ребятам. Тихо-тихо, держите себя в руках...
– Это отдельный вид кайфа! Я – счастлив!
– Боже, как мало на самом деле человеку нужно для счастья… Кто вас ждет дома?
– Жена и два сына. Одному уже 4 года, другому – 14 декабря исполнился год.
– Хорошего вам вечера! Отдыхайте, набирайтесь сил.
Провожая съемочную группу, "Тихий" говорит:
– Человек должен привыкнуть. Если ты не привыкнешь, то плохо: оно "съест" тебя. А накручивать себя нехорошо, надо всегда верить в лучшее. На что я надеюсь? Может, они все же договорятся, хоть на время наступит тишина. Не только я, все на это надеются.
Ольга Калиновская, "5 канал".
Как сообщал 5.UA, в течение 13 марта ВСУ уничтожили более 1400 оккупантов и почти 50 артсистем.
Смотрите также:
Друзья, подписывайтесь на "5 канал" в Telegram. Минута – и вы в курсе событий. Также следите за нами в сети WhatsApp. Для англоязычной аудитории имеем WhatsApp на английском.