"Мы получили данные всей ракетной программы российской федерации": руководитель штаба РДК в "Кто с Мирошниченко?"

Кто с Мирошниченко? 5 канал
Как получить закрытую информацию о российском военно-промышленном корпусе? Кто идет на сотрудничество и сколько стоят "российские секреты"?

Об этом и не только Александр "ФОРТУНА", глава штаба РДК, рассказал в эксклюзивном интервью Анне Мирошниченко. В программе "Кто с Мирошниченко?" ("Хто з Мірошниченко?") прозвучало и то, как относится к высказываниям о недоверии некоторых украинцев – поскольку является россиянином. Что уже удалось сделать и какие планы на территорию российской федерации имеют россияне, воюющие на стороне Украины.

 

– Мы получили данные всей ракетной программы российской федерации, и за это мы благодарим коррумпированных и нерадивых сотрудников ВПК.

Чем занимается РДК?

– Когда мы вспоминаем о РДК, сразу ассоциируется история с рейдами, вашими походами, набегами, закреплением и так далее. Но я с удивлением узнала, что РДК занимается не только этим. И я поняла, что вы активно трудитесь на территории российской федерации. Можете ли вы поделиться с нами данными, которые вы получаете, что это за сфера, в которую вы пробираетесь на территории рашки?

– РДК на сегодня – это не просто боевое подразделение. Есть большой спектр других задач, в том числе мы занимаемся OSINT-ом, то есть это разведка и обработка информации из открытых источников. Мы занимаемся довольно давно, где-то там полтора года, у нас есть привлекаемые специалисты и мы в этом направлении стараемся расти и закрывать массу вопросов. Мы в какой-то мере для популяризации этого направления сделали несколько расследований, продолжаем их делать, речь идет о ракетной программе российской федерации, чуть позже мы будем еще показывать расследование по РЭБ, есть материалы по подлодкам, есть материалы по заводам, которые производят дроны, и мы пытаемся развиваться. Но здесь есть еще и, так скажем, гражданское направление в OSINT – раскрытие военных преступлений, непосредственно военных преступников, стоящих за определенными действиями, это поиск пропавших людей, в том числе гражданских пропавших людей, не только военных, это поиск каких-то объектов или участков заминированных или опасных для проживания. Эти направления тоже развиваются, мы пытаемся это на международный уровень сейчас выводить.

Руководитель штаба РДК Александр "Фортуна" в "Кто из Мирошничкеко?"
Руководитель штаба РДК Александр "Фортуна" в "Кто из Мирошничкеко?" 5 канал

 

– Вы говорите, что вы рассекретили ракетную программу российской федерации. Можете нам объяснить простым, доступным языком – что это значит?

– В российском ВПК есть огромный концерн, называется "Алмаз-Антей". Это предприятие, холдинг большой, в которое входит достаточно большое количество предприятий. Каждое из этих предприятий в своем спектре закрывает определенную часть вопросов ВПК, мы говорим – "Новатор", "Рубин", "Малахит" – их там множество заводов, каких-то отдельных предприятий. Каждый из них чем занимается, кто производит электронику, кто электронные компоненты, кто непосредственно делает ракеты, кто модернизирует технику, но все они входят в один большой холдинг. Нам удалось полтора года назад получить документы технические, и мы начали двигаться в этом направлении, смотреть от кого эти документы, кто за этим стоит, что это за люди. И просто по цепочке пошло. Потом мы вышли на ряд инженеров, кто-то из этих инженеров начал с нами сотрудничать, кто-то из этих инженеров не стал с нами сотрудничать, кого-то мы смогли взломать, условно говоря, проникнуть через систему безопасности того же ОКБ "Новатор", как центрального предприятия по ракетной истории. ОКБ "Новатор" достаточно крупное, довольно старое предприятие, имеют большой, достаточно серьезный научный центр, то есть они не только занимаются изготовлением, они занимаются также научными исследованиями, новыми разработками. Нам удалось с помощью взлома электронной переписки, электронных ящиков попасть полностью на весь документооборот предприятия и всю техническую информацию оттуда забрать. Там не только техническая, там вообще все. У меня есть информация, что в прошлом году дети инженеров на Новый год в качестве подарков получали, куда они ездят, где они живут. Дальше все это идет цепочкой, у нас есть возможность к некоторым базам данных по российской федерации обращаться, мы можем понять – где человек не просто прописан, а где он живет, где живет его семья, кто где работает, кто когда просыпается, чем ездит на работу, где учатся дети, где покупают билеты на поезд, на самолет, куда они летают, где они отдыхают. Это все дальше такая история.

Как и за сколько можно получить секретную техническую информацию в россии?

- Как вам удается получать эти документы, о которых вы говорите? Правильно ли я понимаю, что есть определенное подполье, если можно так сказать, какое работает на территории российской федерации?

– Есть просто люди, которые хотят сотрудничать, и все. Основная мотивация у всех – это деньги, потому что инженеры, если мы возьмем среднюю прослойку инженеров, это люди, которые получают, ну, может быть, немного больше, чем учителя в школах. Их нельзя сравнивать с инженерами, работающими там в концернах "Боинг" или "Мерседес", то есть это совсем другая история. Они живут абсолютно обычной жизнью, могут себе позволить в Турцию ежегодно съездить как-то чуть-чуть, все. Старшие конструкторы, главные инженеры, там совсем другая история, это обычно научная элита россии, это еще с советских времен этим занимаются, ну у них дела лучше. И все. Мотивация – деньги. Основная мотивация – деньги.

– Вы можете сказать расценки, сколько получают инженеры, те, которые идут с вами на сотрудничество? Хотя бы – какая вилка сумм?

– Давайте так скажем – инженер получает тысячу долларов, например. Тысяча долларов в Украине и тысяча долларов в россии – это разные тысячи долларов. В Украине это 40 условно, в россии – около 100. То есть тысяча долларов там – это серьезная зарплата, тем более по меркам какого-нибудь Екатеринбурга, где один из центральных офисов "Новатора". Мы говорим инженеру – давай вот две, например, полторы-две и все, на постоянной основе, мы тебя берем на работу, там многие с радостью соглашаются.

– Можете ли вы сказать, со сколькими людьми вы поработали за это время?

– Это десятки людей, десятки людей с разных предприятий, не только о "Новаторе" идет речь, вообще в целом это десятки людей.

– Кто отказывается от сотрудничества с вами?

– Люди, которые или вот идейные очень и преданы своему делу и они реально убеждены, что они делают ракеты, летящие на головы фашистам – это сразу минус. Люди, которые боятся, и люди, очень часто, понимают, в какую историю они ввязываются, то есть понимают, что на самом деле и конструкция, парадигма, которую выстраивает российская федерация по отношению к инженерам – она не работает, это все фикция. Вот те люди, которые это понимают, пытаются как-то дистанцироваться. Везде говорят о том, что это наши кадры, государство их всегда защитит, ничего не будет, все отлично, это одни из самых защищенных людей в россии… Но по факту мы видим, что ни силовики, ни государство, никто их защищать не собирается. Если мы посмотрим новости, в том числе российские, мы увидим, что в последнее время довольно много было случаев, когда внезапно каких-то инженеров по гиперзвуку, занимавшихся разработками, арестовали, посадили, дали им нормально лет. В Новосибирске, кажется, один из ученых читал лекцию просто студентам, там информация обучающего характера, так скажем, ему, несмотря на то, что у него была 4-я стадия рака, дали нормальный срок, обвинив его в госизмене. То есть не церемонятся ни с кем, тем более, если есть утечка и человека можно обвинить, то понятно, что на него повесят все, что можно.

Руководитель штаба РДК Александр "Фортуна" в "Кто из Мирошничкеко?"
Руководитель штаба РДК Александр "Фортуна" в "Кто из Мирошничкеко?" 5 канал

 

– Скажите, выходил ли кто-нибудь из российских инженеров сам на вас, или только вы сами разыскиваете этих людей?

– Есть и такие.

– Серьезно?

– Да.

– Просто вам звонят и говорят – есть информация?

– Ну да, у нас есть обратная связь в официальном Телеграм-канале. Бывает, что могут написать, сказать, что вот есть информация, полезная – не полезная, есть опять же, тоже разные люди, есть люди, готовые продать информацию и дальше развивать, есть люди, которые просто хотят поделиться.

– Какая схема? Вы потом, насколько это можно говорить, затем передаете эту информацию, которую получили, в соответствующие органы или как это работает?

– Конечно, всю информацию, которую мы получаем, мы передаем. Дальше уже специалисты разбираются, насколько эта информация полезна. Речь идет о технической информации, каких-то характеристиках изделий, логистике, чем-то еще. Нам больше интересна практическая составляющая. Самый простой пример: в переписке, допустим, с главным инженером мы находим какой-то свежий документ, согласно которому мы понимаем, письмо, накладное, что некоторое количество изделий ракет отправляется в Крым, указана часть, дата, время, все есть. Мы начинаем смотреть, где находится эта часть, поднимаем, опять же, из открытых источников всю информацию, понимаем, что это часть логистики, есть точное месторасположение. Мы понимаем когда туда все это придет, в каком количестве – практическое прямое применение всего этого.

– Правильно ли я понимаю, что размещение или накопление ракет вам известно, не только кто это делает, но и размещение?

– Да.

– Это я к тому, насколько это будет полезно с появлением ATACMS и так далее. А насколько россияне засекречивают эту информацию? Выбирают локации?

– Именно места расположения? Нет, они, конечно, пытаются это все делать, бессмысленно предполагать, что это просто на самотек пущено. Конечно, пытаются защитить, есть определенные протоколы, все это. Но если над этим целенаправленно работать, наши ребята, которые начали этим заниматься, ведь они не родились суперхакерами, взломщиками и специалистами. Всему этому можно научиться – было бы желание, были бы возможности для этого, вот и все. Я могу сказать так, что на суперсекретном предприятии "Новатор", если мы о "Новаторе", люди, обычные сотрудники, внутри общаются с помощью ICQ (мессенджер, популярный в начале 2000х – ред.) до сих пор и это как бы нормально.

О ракетном потенциале россии

– А как вы в целом оцениваете ракетные обороты российской федерации? Способна ли она сейчас наращивать, модернизировать, какие прогнозы у вас, как вы увидели ракетный потенциал рф?

– Я думаю, мое субъективное мнение, исходя из того, что мы увидели – как таковых новых разработок – их не очень много, поскольку есть очень большая разница между теоретическими разработками и затем практическим их выполнением. И очень зависит, конечно, от инфраструктуры и промышленности в целом. Есть вопросы с санкциями – это запчасти, какие-то компоненты, что-то еще, есть вопрос в целом в сфере машиностроения, в приборостроении, здесь большая просадка. То есть разработок интересных много, если мы отвлечемся от всего, да, есть какие-то вещи, которые действительно интересны, исследования достаточно серьезные, но для того, чтобы их реализовать, нужно иметь структуру, нужно иметь поставки, нужно развязать руки – сейчас этого нет. Поэтому сейчас мы видим, что модернизируется то, что уже есть. Еще несколько месяцев назад о УАБ никто не слышал, сейчас они повсеместно используются, хотя по большому счету – это обычная авиабомба, модернизируемая с помощью установки модуля планирования, модуля управления и все. По сути, грубо говоря, ей пристраивают крылья и модуль управления и это позволяет носитель отодвинуть подальше от линии столкновения и поражать какие-то объекты, не находясь непосредственно в секторе, а с определенного расстояния. То есть там ничего такого сверхъестественного нет, в самой технологии.

То же касается ракет семейства Х, тоже касается С-300, С-400, не так уж много, они стараются максимально качественно использовать старые запасы. Но их много.

Руководитель штаба РДК Александр "Фортуна" в "Кто из Мирошничкеко?"
Руководитель штаба РДК Александр "Фортуна" в "Кто из Мирошничкеко?" 5 канал

 

– Видите ли вы, компоненты из каких стран использует российская федерация? Мы говорим о том, что мы знаем, что там есть какие-то компоненты, но не часто называем эти страны.

– Они есть, они есть в том числе из стран Европы. Но разные есть истории, в зависимости от того, в каком секторе. Если мы говорим о БПЛА, то я думаю, абсолютно ни для кого не секрет, что там используется множество китайских компонентов, это очевидно всем. И в целом в БПЛА используется и у нас, и там, везде, используется огромное количество китайских компонентов. Если мы говорим о каких-то серьезных вещах, тяжелом вооружении, ракетах, то полно европейских частей. Никто не отменял схемы обхода санкций, все прекрасно знают, что россия очень многое через Казахстан и Кыргызстан закупает абсолютно без проблем.

– Какие еще страны?

– Весь юго-запад, юго-восток, весь этот южный пояс, через них покупается очень много.

– Полученную информацию о тех же инженерах, их семьях вы передаете, очевидно, в соответствующие службы, как это можно потом использовать нам, возможно, где-нибудь в международных судах? Знаете, почему спрашиваю – обычно нам кажется, что вот разработчик ракеты – вот он убийца, но я всегда думаю о том, что это кто-то ту ракету взял, кто-то эту машину завел, кто-то подвез, кто-то открыл, вот все эти люди, этот муравейник, у вас есть информация об этих людях?

– Да.

– Они кто?

– Это обычные люди и там, конечно, есть люди, которые очень преданы этой идее, что вот "россия – большая страна, мы окружены со всех сторон всеми и нам нужно обязательно победить", есть такие и их достаточно много. Есть просто обычные люди, но это не делает им никакой скидки, никакой ласки, мы все должны понимать, что все эти люди являются военными преступниками. Как показывает опыт, практика, общение с этими людьми – они точно знают – что они делают, где это используется, как это используется, все прекрасно понимают, люди это делают совершенно осознанно. И мы хотим, показывая их личные данные, стараемся этим людям сказать, что, ребята, у вас есть еще возможность с этого пути сойти, у вас есть возможность пойти на сотрудничество, у вас есть возможность просто этим не заниматься, это не те деньги, за которыми следует гнаться, на самом деле. Любой человек может среднюю зарплату себе позволить, тем более человек, имеющий высшее образование. Или если человек находится в каком-то специфическом положении, если он готов сотрудничать, мы можем обсудить с ним вопросы его релокации, скажем так. В принципе, готовы помочь человеку переехать вместе с семьей куда-то в третью страну, все будет зависеть от того, что он нам даст, но в целом есть такая опция. Опять же, если мы возьмем статистику ракетных ударов, все остальное уберем, оставим одни ракеты по Украине, мы увидим, что процентов 85-90 – это удары по абсолютно мирной гражданской инфраструктуре, по обычным домам, где живут люди, школам, садам. То есть это объекты, не имеющие никакого отношения к армейской инфраструктуре, к армии в целом. Мы говорим о том, что люди, участвующие в создании ракет, разработке, по сути являются палачами, убийцами мирного населения, они должны это понимать.

Руководитель штаба РДК Александр "Фортуна" в "Кто из Мирошничкеко?"
Руководитель штаба РДК Александр "Фортуна" в "Кто из Мирошничкеко?" 5 канал

 

- Допускаете ли вы, что тоже кто-то может выйти и на вас?

– Да.

- Как себя от этого обезопасить и часто ли сейчас такие истории, когда в ряды Русского добровольческого корпуса попадают какие-то шпионы?

– На самом деле, здесь есть два момента. Во-первых, более 20 лет негативной селекции в рядах силовиков российской федерации, они, конечно, показывают в целом всю беспомощность. Люди работают, мы это прекрасно видим и знаем, приходят к родственникам, близким, знакомым, друзьям. Допустим, боец Российского добровольческого корпуса, человеку 40 лет, к нему ФСБшники приходят в школу, в которой он учился. Ну, ребята, зачем? Еще какие-то странные вещи, обыски у людей. Человек мог их много лет не видеть, не общаться, зачем это делать – непонятно. Я думаю, что это работает такая российская система докладов, которая еще с советских времен, когда есть какая-то задача и люди – мы сходили, проверили – ничего не нашли, но мы все сделали. Просто отчитаться. Поэтому, чтобы этого избежать, нужно соблюдать просто какие-то элементарные правила личной безопасности. У нас все люди, которые появляются с открытым лицом – у всех есть охрана, все вооружены, все находятся под постоянным наблюдением, стандартные какие-то вещи, ничего такого сверхъестественного, нужно просто внимательно следить за этим.

– Эта история с задержанием на взятке заместителя шойгу, как бы вы ее прокомментировали?

– Совершенно нормально, это абсолютно обычная, нормальная история и, во-первых, есть в российском обществе запрос на поиск коррупционеров, то есть это попытка сыграть на ожиданиях глубинного народа, там очень любят такую, с налетом желтой прессы, какую-нибудь штуку, когда какого-нибудь высокопоставленного чиновника наконец-то поймали, наказали, посадили. Во первых. Во-вторых – понятно и очевидно абсолютно, что их страной управляют бандиты, страной руководит организованная преступная группировка, методами организованной преступной группировки – ничего вообще не изменилось.

Посмотрите сериал "Сопрано", там то же самое. Только веселее. Конечно, все воруют, конечно, если человек приходит в эту систему, встраивается в эту систему, конечно, он будет работать и будет действовать по правилам системы – там нельзя не воровать, нельзя не быть коррупционером. В какой-то момент человек или прокалывается на чем-то или не согласовывает свои действия с кем-то, начинает свои какие-то дела делать, или человека просто в качестве громоотвода используют и все. Я уверен что на этого персонажа повесят все, что было украдено за последние годы в минобороны, все будет он – один. Все. Там была история с господином мишустиным, если мне память не изменяет, занимавшим пост – был министр экономики, его посадили, пожалуйста, не вопрос. Это все показательные выступления.

О западной поддержке и ленд-лизе

– Как вы считаете, получение западной поддержки, военной помощи от наших партнеров, как повлияет на ход войны?

– Я сейчас непопулярные вещи начну говорить. Во-первых – если мы говорим о ленд-лизе как таковом, мы еще ничего не получили по ленд-лизу вообще, ноль, непосредственно по ленд-лизу мы не получили ничего. Мы – я имею в виду Министерство обороны Украины и все, кто находится в этой структуре. Все, что получено – получено по разным другим программам, в том числе как кредитные моменты, но по ленд-лизу не получено до сих пор ничего. Конечно, все всегда рады любой помощи, абсолютно, это в любом случае усиление, это в любом случае хорошо, даже когда привозят, были какие-то курьезные истории, когда Германия выделяет помощь, смотришь что это за помощь – куча каких-то касок и все. Это кому-то может показаться смешным, но на самом деле все это нужно, это в любом случае помощь, это дает возможность Украине сохранять военный потенциал, наращивать его, укреплять, это хорошо. Но я стараюсь всегда и внутри Русского добровольческого корпуса, и внутри коллектива, всех всегда приучать к той мысли, что рассчитывать нужно только на себя, ни на кого не нужно рассчитывать, нужно делать всегда свое.

О новых рейдах РДК

– Готовится ли РДК сейчас к новому рейду?

– Мы всегда готовы к рейдам, у нас есть большая стопка разных сценариев, мы готовы всегда – это вопрос правильного подбора времени и места.

Руководитель штаба РДК Александр "Фортуна" в "Кто из Мирошничкеко?"
Руководитель штаба РДК Александр "Фортуна" в "Кто из Мирошничкеко?" 5 канал

 

– Коллеги говорили, что будете открывать второй фронт? Что это значит?

– Это говорили не мы, это говорили господа из министерства обороны российской федерации, когда впервые упомянули свои успехи на Белгородском направлении. То есть два года прошло от "Киев за 3 дня" до "успехов на Белгородском направлении", поэтому о втором фронте говорили они, у нас это больше так шутка, конечно. Но в целом, если мы технически рассмотрим, то технически это возможно, ничего не мешает открыть Белгородский фронт на самом деле.

– Когда он будет открыт?

– Мы готовимся.

– Сколько времени у вас уходит на подготовку таких операций?

– Разные бывают ситуации, есть операции, которые довольно быстро можно подготовить, сложнее, но мы этому уделяем большое внимание и достаточное количество времени, то есть такого нет, что вот у нас есть столько и все. Всегда должно уделяться достаточное количество времени, потому что хорошо спланированная операция – это всегда залог здоровья и жизни бойцов, залог в целом успеха и достижения тех целей, которые возлагались.

– Что может сорвать операцию? Были ли у вас случаи, когда вы готовились к чему-то, а потом что-то шло не так и вы останавливали свою деятельность или брали небольшую паузу?

– Очень часто это может быть какая-то логистическая история или какие-то резкие изменения на фронте – такие два фактора, это у всех действительно так. И, опять же, чем больше людей – РДК растет, очень такими стремительными темпами, – тем сложнее выглядит логистика. То есть перебросить куда-то в сектор сотни людей и перебросить в сектор 20 человек – условно это совершенно разные вещи.

- Планирует ли РДК привязываться к определенным датам – 7 мая – инаугурация или 9 мая – день победы на россии, это будет "пир" там?

– Я думаю, что не стоит этого делать, мы это оставим российской федерации, которая любит куда-нибудь привязываться. Очень слабый пропагандистский эффект несет в сухом остатке, но может очень сильно повлиять на эффект и на результат операции в целом, когда есть дата во что бы то ни стало, надо к этой дате обязательно что-то сделать – это не очень работающая история. Потому что есть процессы, которым нужно уделить время обязательно и чем больше, чем качественнее – тем лучше. У нас могут люди уехать и в секторе работать только на БПЛА неделями, например, чтобы досконально все изучить. Говорить им, ребята, знаете ли, у нас там через неделю должна быть операция, у вас есть три дня – это несерьезно.

– Последнюю свою операцию, крайнюю, скажем так, как вы оцениваете? Насколько она была для вас успешной, выполнены ли задачи, которые вы перед собой ставили?

– Задачи все, которые мы планировали, мы в целом выполнили. Основная задача, если мы о военной составляющей, о военной компоненте говорим, мы по-прежнему, заявлялось, пытались оттянуть с восточного фронта часть резервов, часть воюющих соединений на защиту Белгородского направления. У нас это получилось, довольно много туда убрали и пехоты, и техники, и это хорошо, потому что это, опять же, огромные проблемы с логистикой у российской федерации. Это невероятно сложная история, огромную кучу народа с техникой отправить, по сути, в другой конец страны, и все прошло хорошо. Плюс есть там побочные, так скажем, условные успехи, например, по сектору Козинка было выпущено около 320 УАБ, на такую вот деревню, таких размеров. Это 320 УАБ могли упасть в Сумах, Харькове, где-то на фронте.

– По Сумской области стало крепко прилетать?

– Да.

– Многие люди, вы знаете, местное население, которое там проживает, говорит – ну вот, зашевелили, это мы пошли на их территорию, а они нам ответку – есть такие комментарии, и люди имеют право это говорить, как бы вы прокомментировали это?

– Это люди, которые говорят такие вещи исключительно руководствуясь эмоциями, и к технической стороне войны это не имеет никакого отношения. В стране война, граница – это тоже фронт, если мы просто возьмем и какую-нибудь ретроспективу посмотрим по времени, вот, обстрелы "до" Белгородской операции и "после", вот динамика изменилась или нет? Можете не смотреть – не изменилась, как обстреливали, так и обстреливали, примерно плюс-минус так же. Ничего не изменилось, все эти рейды, как их называют, операции – они никак на это не влияют.

Я бы даже сказал, влияет положительно именно на техническую составляющую, потому что представители министерства обороны российской федерации понимают, что сектор наблюдается и они пытаются какую-то технику, которая может поддаться с нашей стороны атакам, там не держать. Если мы возьмем просто условную полосу вдоль границы, то ничего не мешает подогнать в то же Шебекино какие-нибудь САУ тяжелые и из них обстреливать. Тот же "Пион", у него дальность около 42 км – это уже достаточно близко, а так они пытаются артиллерию в сторону убрать, пытаются атаковать с помощью авиации, с помощью чего-то дальнобойного.

– Много ли сейчас областей российской федерации, где вы можете начать свои операции?

– Все приграничные территории, любые – Курская, Воронежская, Белгородская, Брянск – все.

– А россияне знают об этом и тоже как-то готовятся?

– Первые операции по Брянску – ничего глобально не изменилось. Да, где-то улучшают фортификации, где-то минируют, где-то еще что-то, но сам подход, вот именно глобально стратегически, сама военная парадигма не меняется, она как была у них со времен советского союза, где-то немного они отшлифовывают, но в целом нет. Единственное что у них в последнее время изменилось – это быстрота принятия решений. Если раньше у них работала система докладов – как это выглядит: сидит дежурный на границе, какие люди заходят, начинается что-то, дежурный сообщает в часть, часть сообщает выше, выше, выше к человеку, принимающему решение. Человек думает, принимает решения, доклады пошли вниз. Вот раньше этот зазор мог быть от 4 до 8 часов, вот у тебя от 4 до 8 часов ты можешь делать все, что ты хочешь – ничего не будет, никакой реакции. А потом эта реакция начинается. Сейчас это время они сократили, я там не знаю, за счет чего, но по наблюдениям так.

Об отношении украинцев к РДК

– Довольны ли вы тем, как к вам относятся в Украине? Потому что я, честно вам скажу, слышала разное и есть комментарии, это не мои друзья, да, я иногда смотрю, и они говорят – как-то нет доверия, нет.

– Всех этих людей я приглашаю в РДК, вот они придут к нам, мы готовы их взять, научить, пусть они с нами повоюют и тогда будем что-то говорить. Люди, говорящие о нас... Есть люди, говорящие – мы не доверяем. Все. Вот они не позволяют себе каких-либо резких высказываний, просто "мы не доверяем". Я могу очень много людей понять, которые, опять же, это делают под влиянием эмоций, потому что есть люди, потерявшие близких, родных, семьи, дома – здесь все понятно, все очевидно. Есть люди, которые сидят в Тернополе, в Яремче и говорят – это русские, что-то там еще, но нет ни желания на самом деле, ни времени реагировать на это и как бы реагировать на каждые такие выпады в свой адрес. Это странно, все официальные военнослужащие, у нас есть погибшие люди, которые в отличие от разных советчиков или собственников мнений каких-то, приехали сюда и погибли здесь за Украину и за ту россию, которую они хотели бы видеть. Есть люди, получившие тяжелые ранения, есть люди, у которых есть награды. Для нас это очень важно, и с людьми, которые не конструктивно нас там в чем-то обвиняют или еще что-то, мы им не ровня, мы стоим совсем на разных лестницах, обсуждать с ними, тем более им доказывать, что мы хорошие – просто некогда. Мы занимаемся своей работой и время расставит все на свои места.

– Оценить работу вы можете в комментариях и почитаем вместе с вами, интересно, что люди скажут.

Руководитель штаба РДК Александр "Фортуна" в "Кто из Мирошничкеко?"
Руководитель штаба РДК Александр "Фортуна" в "Кто из Мирошничкеко?" 5 канал

 

– Александр, напоследок, как вы видите развитие событий в ближайшее время? Кирилл Буданов говорил о наступлении более интенсивным, чем то, которое сейчас мы видим - май, начало июня, как вы видите развитие событий в ближайшее месяц-два?

– Это же маятник такой своеобразный. Мы, если на уровень-два выше поднимемся в анализе, мы всегда видим, что одна сторона делает свой ход, другая сторона делает свой ход – это нормально. Сейчас, да, постараются наступать на совершенно очевидных направлениях, и они не скрывают, что есть задача. Тот же Часов Яр взять до 9 мая. Это такие истории, всем понятные и очевидные мы видим, что они накапливают ресурсы, накапливают вооружение, технику, людей на этих участках, но нельзя к этому несерьезно относиться. Очень многие делают большую ошибку, считая, что это какие-то мобики, "зед", какие-то непрофессионалы. Это люди воюющие, имеющие боевой опыт, это люди с оружием в руках, то есть относиться к ним несерьезно - это довольно глупо, какие бы они там ни были. Да, постараются наступать, нам быть к этому готовыми просто, делать свою работу. Все. Мы стараемся успевать и вообще в целом наверняка последний год-полтора все, что делает РДК – это развитие, попытка развития по всем направлениям, мы очень быстро растем, мы стараемся всегда повышать профессиональный уровень своих ребят, мы стараемся, чтобы они участвовали везде, во всех задачах, которых только можно. Еще год назад у нас, например, не было бронетехники, сейчас она появилась и ее парк растет. Мы пытаемся осваивать новые военные специальности, ребята, несмотря на то, что они из Авдеевки, выехали почти сразу на Белгородскую операцию, вернулись с Белгородской операции, тренируются практически каждый день. Это подъем, когда еще темно, люди возвращаются – уже темно на улице. Каждый день практически тренировки и по теории, по практике, по всему, мы стараемся двигаться дальше, несмотря на мнения в комментариях.

– Спасибо за разговор, спасибо, что пришли. Удачи вам и развития.

– Спасибо.

– Я думаю, что о вашей очередной мы услышим…

– Следите за новостями.

 

Главные новости дня без спама и рекламы! Друзья, подписывайтесь на "5 канал" в Telegram. Минута – и вы в курсе событий.

Поддержите журналистов "5 канала" на передовой.

Вносите свой вклад в победу – поддерживайте ВСУ.

Предыдущий материал
"Мы получили данные всей ракетной программы российской федерации": руководитель штаба РДК в "Кто с Мирошниченко?"
Следующий материал
Покушение на Зеленского и Буданова: что хотели сделать – хроника 804-го дня большой войны