Судебный процесс по иску Государственной службы по этнополитике и свободе совести, который стартовал осенью прошлого года, положил начало фактической реализации Закона Украины о запрете функционирования религиозных организаций, центр управления которых находится в стране-агрессоре. Его парламент принял в августе 2024 года. Впоследствии Госэтнополитики провела исследование и установила: УПЦ (МП) продолжает поддерживать каноническую связь с русской православной церковью несмотря на изменения в уставе в 2022 году.
В настоящее время иск государства о прекращении деятельности юридического лица "Киевская митрополия УПЦ" – главной структуры московского патриархата – рассматривает Высший административный суд. За более чем полгода рассмотрение иска даже не подошло к рассмотрению по существу. Так называемому московскому патриархату это не выгодно, говорят в Госэтнополитики. Поэтому адвокаты митрополита Онуфрия "засыпают" служителей Фемиды абсурдными, по мнению государственной службы, ходатайствами. А это занимает время. И это при том, что сейчас иск подан только против одной юридической организации УПЦ (МП). Так сколько же времени уйдет на очищение Украинской церкви от российского влияния? И есть ли другой путь, кроме длительного и растянутого, вероятно, на годы судебного процесса? Об этом "5 канал" поговорил с религиоведом, кандидатом политических наук и историком Андреем Ковалевым.
Андрей, в январе Украина отметила семь лет со дня получения Томоса – церковного документа, который предоставляет автокефалию, то есть самостоятельность и независимость Украинской поместной церкви. Этому событию предшествовало жесткое сопротивление филиала русской церкви в Украине. Во время полномасштабного вторжения так называемая УПЦ (МП) продолжает распространять фейки о Православной церкви Украины. А учитывая количество приходов московской церкви в Украине, это имеет свой эффект среди сторонников Онуфрия. Как бы ты оценил этот процесс взаимодействия ПЦУ и УПЦ (МП) в настоящее время?
Прежде всего, я хочу сказать, что из-за, возможно, незнания, возможно, из-за первоначальной политизации вопроса предоставления автокефалии Украинской православной церкви, у многих сложилось впечатление, что предоставление Томоса, то есть декларации, акта документального признания автокефалии, независимости Украинской православной церкви – это, мол, финиш.
На самом деле, это старт для очень большого процесса утверждения автокефалии Украинской православной церкви. Одним из ключевых понятий Томоса наряду с понятием автокефалии, то есть независимости, является понятие единства.
И, к большому сожалению, за эти семь лет мы по-прежнему видим раскол в украинском православии. К сожалению, есть часть православных, которые не имплементируют, не признают в настоящее время Томос об автокефалии православной церкви Украины. И здесь очень важная вещь, что Томос, или, правильнее сказать, автокефалия – это не какая-то частная вещь. Автокефалия православной церкви Украины, и Томос как документальное признание этой автокефалии, он не предоставлялся какой-то группе людей, какому-то отдельному человеку. Это не чья-то частная собственность. Томос об автокефалии православной церкви Украины предоставлялся всем православным в Украине.
Болезнь украинцев заключается в том, что мы слишком канонизируем, слишком обожествляем юрисдикции. Православная церковь – одна великая и неделимая. И все крещеные православные христиане принадлежат к единой святой соборной апостольской церкви. Юрисдикции или разделение на юрисдикции – это уже современный способ православных упорядочить свою богослужебную, свою повседневную жизнь. Каким-то образом ее упорядочить в существующих современных государственных границах.
Для православного вообще не должен был бы возникать вопрос юрисдикционности. Но, к сожалению, московский патриархат и патриарх Кирилл Гундяев, который пытается расколоть православный мир, навязывает нам понятие юрисдикционности, то есть принадлежности к определенной юрисдикции. Мол, вот здесь, в этой юрисдикции все хорошие и правильные, а в этой юрисдикции все хорошие и неправильные. Так не может быть. К сожалению, есть часть православных, верных, часть православных священнослужителей и иерархов, которые не имплементировали, не признали Томос об автокефалии Украинской православной церкви. Это вполне закономерный и прогнозируемый процесс.
"И ПЦУ, И УПЦ (МП) СЕЙЧАС СИДЯТ В ГЛУХОЙ ОБОРОНЕ"
К сожалению, даже начало полномасштабной агрессии не стало катализатором к объединению. Я наблюдаю, что в настоящее время две юрисдикции, Православная церковь Украины и Украинская православная церковь Московского патриархата (хотя они утверждают, что они не Московского патриархата) – сидят в глухой обороне. Ни одни и ни другие не выступают с инициативой объединения.
Это означает, что с точки зрения государственной безопасности, когда мы говорим сейчас не об устройстве православной церкви, а когда мы говорим категориями государственной безопасности, безопасности Украины в условиях войны, Украина заинтересована, фактически, ликвидировать влияние российской федерации как страны-агрессора на религиозную сферу. А следовательно, на одну из крупнейших юрисдикций религиозных организаций в Украине, которой является Украинская православная церковь московского патриархата.
"СТОРОННИКАМИ УПЦ МП ОСТАЮТСЯ НЕСКОЛЬКО МИЛЛИОНОВ УКРАИНЦЕВ"
Я наблюдаю, что фактически уровень противостояния верующих православной церкви Украины и украинской православной церкви дошел до того, что даже если мы попытаемся за стол переговоров посадить иерархов этих юрисдикций, они не пойдут на объединение. К сожалению, уровень противостояния очень высокий.
Поэтому, очевидно, практикующим христианам православным надо пожелать одного, чтобы они хотя бы начали друг с другом здороваться. Я сейчас не говорю об объединении. Чтобы они хотя бы друг на друга перестали смотреть как на врагов. Потому что и одни, и другие являются гражданами Украины, которые имеют одинаковые права, одинаковые обязанности, имеют паспорт гражданина Украины, и мы очень часто об этом забываем. И то, что сторонниками УПЦ Московского патриархата по-прежнему остаются несколько миллионов украинцев.
Я сейчас не владею социологией, но это миллионы украинцев. И в этой религиозной организации в Украине остается около восьми тысяч общин.
"ОНИ ПРОСТО УЙДУТ В ПОДПОЛЬЕ"
Как на самом деле сейчас работает закон, который в медиа называют "законом о запрете УПЦ МП"?
В 2022 году, к сожалению, кто-то предложил президенту Владимиру Зеленскому мертворожденную, я бы даже сказал, враждебную, стратегию борьбы с религиозной организацией, религиозной организацией с духовным центром в стране-агрессоре, с Московским патриархатом. Кто-то навязал ему предложение просто взять одним законом и запретить деятельность РПЦ в Украине. Точнее даже так: законодательно снять с регистрации все религиозные организации, которые имеют связь с РПЦ. Из, скажем, целого ряда достаточно профессиональных и сильных законопроектов был выбран самый слабый, правительственный.
Если бы в последний момент представители фракции "Европейская Солидарность", в частности Николай Княжицкий, не усилили этот закон в части, буквально вписав туда статью о том, что деятельность РПЦ в Украине запрещена, этот бы закон вообще не имел бы никакого значения.
В настоящее время идеологи этого дела предложили 8 тысяч легальных общин Московского патриархата. И это 8 тысяч общин, на которые государство, в частности через спецслужбы, могло влиять. Идеологи этой борьбы с Московским патриархатом просто предлагают 8 тысяч общин снять с регистрации. Но нужно понять самое главное.
Из-за снятия с регистрации миллионы украинских граждан никуда не денутся. Более сотни епископов, архиепископов, митрополитов никуда не растворятся. Несколько тысяч священников никуда не исчезнут из Украины. Они просто уйдут в подполье.
Я не знаю, чем руководствовались эти люди в окружении президента Зеленского, которые навязывали ему якобы свой профессионализм, то, что они ориентируются в этой теме. В целом, эта стратегия враждебна и абсолютно недейственна. То есть, государство делало все шаги для того, чтобы Московский патриархат просто сделать подпольной религиозной организацией.
Но Госэтнополитики сейчас подает в суд на Киевскую митрополию УПЦ (МП). И называют путь через суд единственно правильным. Таким, который предусматривает его закон.
Смотрите, я утверждаю, что Государственная служба по вопросам политики и свободы совести, которая разрабатывала этот законопроект, фактически действовала не в интересах Украины. И те люди, которые навязали президенту Зеленскому именно такую стратегию противодействия Украинской православной церкви, УПЦ, МП, действовали не в интересах государства. Потому что, очевидно, не в интересах государства из публичного, легального поля переводить эту религиозную организацию в состояние подпольной организации.
ВРЕМЕННЫЙ ЭКЗАРХАТ ДЛЯ УПЦ (МП) – ЧТО ЭТО ТАКОЕ?
Но если объединение, по Вашим словам, маловероятно, то какой путь может быть альтернативным?
Смотрите, в Томосе прописан конкретный алгоритм действий, как нужно действовать в тех условиях, которые сейчас сложились. В одном из положений Томоса четко написано, что Вселенский патриарх оставляет за собой право основывать в Украине во множественном числе Ставропигии, то есть приходы, которые напрямую ему подчинены, и основывать Экзархаты. Это тоже, кстати, во множественном числе.
Экзархат – это такая религиозная организация, которая напрямую подчиняется Вселенскому патриарху. Поэтому с целью дезинтегрировать Московский патриархат в Украине, нужно предложить иерархам Московского патриархата выйти из подчинения патриарха Московского Кирилла Гундяева и перейти в подчинение Вселенского патриарха Варфоломея. Для этого должен быть создан Экзархат, потому что он должен быть временным. Это не навечно создаваемая религиозная организация. Это временный способ существования этой религиозной организации.
Во-первых, с точки зрения церковного строительства, экклезиологии, это вполне канонический путь, то есть путь, который соответствует духу православных постановлений. Это канонический способ. Во-вторых, это способ фактически легального выхода из подчинения Московского патриарха в переход к патриарху Вселенскому в его непосредственное подчинение. И нужно сказать, что если правильно толковать православные каноны, то Украина, согласно действующим православным канонам, потому что других у нас нет, это каноническая территория Вселенского патриархата. И Вселенский патриарх имеет право на этой территории принимать решения относительно конкретно православных на этой территории.
Я убежден, что нам нужно действовать в этой истории абсолютно так же, как действовало государство, как действовала государственная власть в ситуации с обращением к Вселенскому патриарху о предоставлении автокефалии православной церкви Украины. Эта инициатива исходила прежде всего от Верховной Рады.
"ОКНО ВОЗМОЖНОСТЕЙ ОЧЕНЬ УЗКОЕ"
Я хочу напомнить, что в июне 2016 года Верховная Рада под председательством Андрея Парубия проголосовала за обращение к Вселенскому патриарху о предоставлении автокефалии православной церкви Украины. Еще тогда, летом 2016 года, я был причастен к этому делу, в обращении был четко прописан сценарий, во-первых, признания нелегитимным решения 1686 года о передаче Киевской митрополии Московскому патриархату. Второе, объединительный собор, и третье, это провозглашение Томоса об автокефалии.
Тогда очень много псевдоэкспертов, в том числе и псевдоэкспертов в рясах, критиковали это обращение. Говорили, что оно безнадежное, мертворожденное, а на самом деле, все, как было написано в обращении к Вселенскому патриарху в 2016 году, все так и произошло.
Поэтому я убежден, что инициатива должна исходить от государственной власти к Вселенскому патриарху Варфоломею. Государственная власть должна была бы задекларировать, что у нас есть вот такая проблема, существует две параллельные юрисдикции, и перспектив их объединения мы не видим, к большому сожалению, из-за уровня противостояния между этими юрисдикциями. И вот для выхода из этой патовой ситуации должен быть создан такой временный экзархат.
А поверьте, у Вселенского патриархата очень хороший опыт дезинтеграции всех структур Московского патриархата, и опыт этот очень долгий. Можно вспомнить, например, эстонский сценарий, фактически, дерусификации эстонской церкви, или вспомнить опыт российского экзархата во Франции.
Мы видим, что эти структуры со временем теряют признаки пророссийскости, хотите, российского этнофилетизма, то, что называется. И подобная ситуация может ожидать структуры Московского патриархата в Украине, если президент, если государственная власть согласятся идти не путем, просто, скажем так, принуждения представителей Московского патриархата к объединению с Православной Церковью Украины, а пойдут тем путем, который, в принципе, является действенным.
Если этого не будет сделано, а окно возможностей очень узкое, то, к большому сожалению, украинское государство эту религиозную проблему в дальнейшем унаследует.
В декабре 2025-го президент Зеленский в общении с отдельными приглашенными медийщиками обсудил рамочные пункты так называемого мирного плана. Среди них пункт 13, в котором говорится о том, что Украина и россия обязуются внедрять образовательные программы в школах, во всем обществе, способствующие пониманию и толерантности к различным культурам, устраняющие расизм и предубеждения. В частности, по этому пункту, допускается, что Украина введет правила ЕС по религиозной толерантности и защите языков меньшинств. Понятно, что вопрос русского языка и церкви продвигает враг. Президент говорит: "Мы же идем в Евросоюз, вот мы и введем все правила Евросоюза по религиозной толерантности и защите языков меньшинств. И они это тоже пусть вводят – если осмелятся". Каковы риски, что УПЦ (МП) благодаря мирному плану получит, скажем, "второе дыхание" в Украине, несмотря на принятый закон?
Я не очень понимаю, что президент имел в виду относительно европейского законодательства. Очевидно, речь идет о свободе вероисповедания, она и так реализована в Украине, как мне кажется, наилучшим образом. Я думаю, что даже некоторые страны Европы уступают Украине по уровню свободы вероисповедания.
Есть, например, некоторые страны Европы, в которых, хочешь ты или не хочешь, но из своих налогов ты должен финансировать какую-то из религиозных организаций. В некоторых странах Европы, например, обязательно фиксированное членство граждан в религиозных организациях.
В Украине всего этого нет, никто вас не обязывает финансировать из своих налогов какую-либо из религиозных организаций, никто вас не обязывает быть членом и регистрироваться как член какой-либо религиозной организации.
Сегодня вы можете пойти в соседний храм, через неделю поехать в соседнее село или поехать в соседний город. Никто вас не обязывает быть прихожанином конкретного храма.
"россия будет паразитировать на теме русской православной церкви в Украине и именно поэтому украинской власти нужно поспешить"
Что касается появления пункта о русской православной церкви в мирном плане, это вполне предсказуемо. Я прогнозирую, что в дальнейшем россия будет паразитировать на теме русской православной церкви в Украине и именно поэтому украинской власти нужно поспешить с решением этого вопроса.
Потому что фактически сейчас есть все основания, сейчас есть почва для того, чтобы российская федерация паразитировала на этом вопросе. Почему? Ответ очень прост. Потому что русская православная церковь в Украине – это последняя надежда путина. Были пророссийские организации, которые фактически из-за полномасштабной российской агрессии стали запрещенными.
Активисты этих организаций, либо поехали на обмен, либо выехали за границу, либо затаились, были пророссийские партии, деятельность которых тоже запрещена в условиях полномасштабной российской агрессии. Были определенные культурные общества, музеи. И мы видим сейчас фактически курс не только на декоммунизацию, но и курс на деимпериализацию, на борьбу с наследием российской империи и с наследием советской империи.
И последним наследием, так сказать, последней пуповиной, которая нас соединяет с Московией, которая нас соединяет с российской империей, путинской империей, остается эта духовная пуповина через русскую православную церковь.
РПЦ, или же ее украинский филиал – УПЦ (МП), ведут активную деятельность за границей. Там миллионы наших вынужденных переселенцев, которые выехали из-за войны. И теперь некоторые из них ходят в церкви московского патриархата под вывеской "Украинская церковь"...
Я хочу заметить, что на самом деле здесь еще очень важный электоральный вопрос, потому что сторонников у структур УПЦ московского патриархата или просто Украинской православной церкви, называйте как угодно, у них остается в Украине несколько миллионов. Я не называю там специально точное число, о котором заявляют сами представители УПЦ, их остается несколько миллионов. Это украинские граждане с украинскими паспортами, которые имеют со мной, с вами, с любым гражданином, одинаковый объем прав и обязанностей. И, в частности, это те люди, которые будут голосовать на украинских выборах после завершения полномасштабной российской агрессии и после наступления мира.
И вот это ключевой вопрос. А за кого эти люди проголосуют? На местных выборах, на выборах в Верховную Раду и на выборах президента. И вот, в частности, это та часть электората, с которым будет работать россия через сеть московского патриархата в Украине. В частности, если их внутренние коммуникации этим людям ежедневно рассказывают о каких-то "гонениях" и рассказывают, что эти "гонения" им организовала украинская власть в лице президента Зеленского, то, очевидно, этот электорат будет голосовать против президента Зеленского.
БУДУЩИЕ ПРОВОКАЦИИ рф
И часто этот электорат очень дисциплинирован, этот электорат очень организован, и он будет учитывать то, кого же будут призывать, за кого будут призывать голосовать их духовные лидеры, их духовные руководители. Именно поэтому с электоральной точки зрения с этим электоратом, с этими людьми нужно бороться, потому что мы видим, что уже, я об этом говорил еще полгода назад, что россия попытается, подталкивая Украину к выборам, сказать, что на территории российской федерации и на оккупированных территориях тоже живут граждане Украины с украинскими паспортами.
И нужно дать возможность им голосовать на украинских выборах. И россия попытается снова реализовать молдавский сценарий и попытаться подкорректировать результат украинских выборов с помощью диаспоры на территории российской федерации и граждан Украины на оккупированных территориях с украинскими паспортами. И неважно, как те граждане Украины будут голосовать, потому что все равно считать эти голоса будет российская федерация.
Все же, возвращаясь к мирному плану и пункту о церкви в нем – что может нам навязать враг?
Аня, во-первых, мы уже видели этот пункт в меморандуме, который на самом деле правильнее называть ультиматумом, который российская делегация передала украинской делегации в формате переговоров "Стамбул-2". Во время второго раунда переговоров этот ультиматум был передан и там было написано четко, насколько мне известно, сохранение структур русской православной церкви в Украине, возвращение всего имущества, которое по их редакции было отобрано, но мы понимаем, что это те храмы, которые перешли от русской православной церкви к православной церкви Украины. россия хочет вернуть все эти храмы в свою собственность.
Мы должны понимать, что не в недвижимости, не в храмах сила церкви, а в верующих, в тех людях, которые в эти храмы входят. Если мы возьмем социологию, мы видим, что последние годы, особенно после начала российской агрессии, уровень доверия к православной церкви Украины растет, а уровень доверия к московскому патриархату в Украине или украинской православной церкви падает. Но можно доверять этой социологии только при условии, если бы УПЦ и ПЦУ были не религиозными организациями, а были политическими партиями и, например, членами выборов в парламент.
К религиозным организациям совсем нужно применять другие методы изучения доверия, а именно учитывать голоса практикующих христиан, практикующих членов церкви, которые буквально на каждое богослужение, буквально каждое воскресенье голосуют своими ногами и идут в храмы той или иной конфессии. Потому что те люди, которые во время социологических опросов утверждают, что они хорошо или положительно относятся к православной церкви Украины, это в основном люди, которые в церковь не ходят, не являются членами активной церкви и в церковь, к сожалению, возможно, даже никогда и не придут. А вместо этого есть организованные, убежденные прихожане УПЦ, которые каждое воскресенье и каждый праздник голосуют своими ногами и идут в эту церковь.
И количество этих людей не уменьшается. Они продолжают. Потому что как раз верующие УПЦ характеризуются дисциплинированностью и организацией. Вот о чем я хочу сказать.
Поэтому я более чем убежден, потому что уже звучат со стороны россии призывы к отмене законодательства, которое касается русской православной церкви. Это во-первых.
Во-вторых, очень активно работают российские эмиссары, российские пропагандисты в рясах, которые работают с европейскими политиками в разных странах Европы, с политиками в США, рассказывая им о преследовании религии в Украине президентом Зеленским и его командой. И, к сожалению, у многих из этих пропагандистов украинские паспорта. И они выезжают за границу, странным образом, с разрешения Государственной службы по вопросам этнополитики и свободы совести. С одной стороны.
А с другой стороны, согласовывая эти выезды, Государственная служба по вопросам этнополитики и свободы совести советуется, консультируется и информирует Службу безопасности Украины. И это выглядит очень странно. Например, очень простой вопрос, каким образом из Украины выезжают мужчины призывного возраста, которые не имеют ни брони, ни они не сняты с учета, но они имеют священный сан.
Они подают прошение в Государственную службу по вопросам этнополитики и свободы совести, и она удовлетворяет их разрешение на выезд за границу. Историй таких кейсов не то что десятки, я думаю, сотни.
Ключевой вопрос, который возникает, а каким образом из Украины выехал, например, священнослужитель Николай Данилевич, который, кстати, имеет здесь подозрение в Украине (разжигание религиозной вражды, – ред.)
У него в итоге была слабая мера пресечения. Если я не ошибаюсь, личное обязательство.
С одной стороны личное обязательство, но кто-то этому человеку призывного возраста (протоиерею УПЦ МП Николаю Данилевичу 48 лет, – ред.) предоставил разрешение на выезд из Украины, это Государственная служба по вопросам этнополитики и свободы совести в сотрудничестве со Службой безопасности Украины. И, в частности, подобные, такие как Николай Данилевич, и подобные ему священнослужители, которые очень тесно сотрудничают с одной стороны в координации с гражданином Украины Иваном Паканичем, более известным как митрополит Антоний Бориспольский и Броварской, а, с другой стороны, они очень активно сотрудничают с бывшим кассиром русской православной церкви в Украине, диаконом Вадимом Новинским, настоящая его фамилия Малхасян, который тоже при странных обстоятельствах, бывший народный депутат, сложив мандат, выехал тоже за границу, вероятно, кто-то предоставил разрешение на выезд.
Еще есть народный депутат Артем Дмитрук.
Депутат Дмитрук, да. Есть у нас запрет на выезд действующих народных депутатов за границу, но депутат Дмитрук сбежал за границу, думаю, как раз с чередой этих странных пересечений границ связано, в частности, снятие с должности главы Государственной пограничной службы господина (Сергея) Дейнеки.
Служба безопасности Украины говорила, что они активно ищут пропавшего из Украины депутата Дмитрука, я постоянно рекомендую всем, чаще просматривайте фотографии с богослужений собора русской православной церкви в Лондоне. Господин Дмитрук, народный депутат, не то, что просто присутствует, он непосредственно участвует в богослужениях, потому что он пономарь, он иподиакон тамошнего епископа русской православной церкви. И, кстати, этот господин Дмитрук ведет очень активную антиукраинскую пропаганду, сидя в Лондоне.
Но, очевидно, ни у кого нет интереса найти Дмитрука, вернуть его в Украину, привлечь к ответственности за его антиукраинскую деятельность, за эту пропаганду, которую он фактически проводит. И, к сожалению, немало украинских граждан, в частности, украинских граждан в рясах, задействованы в акциях пропаганды против Украины.
"ДЛЯ ПРОПАГАНДИСТОВ ДВЕРИ ОТКРЫТЫ"
Я всегда привожу очень простой пример. Для вот этих пропагандистов всегда открыты двери в Сенат, Конгресс, даже в Белый Дом, в государственный департамент, с ними встречаются, их выслушивают. Я не так давно в ноябре был в Соединенных Штатах, как офицер Вооруженных Сил, и фактически видел, как по коридорам Конгресса ходила делегация верующих УПЦ, которые рассказывали конгрессменам, сенаторам о преследованиях в Украине, что они не могут свободно молиться. Им пришлось, мол, за границу выехать, потому что они не могут свободно молиться.
Это однозначно акция, инспирированная из москвы и призванная подорвать доверие к Украине и подорвать, в частности, военную помощь для Украины. Если вы зайдете в социальные сети вице-президента Соединенных Штатов Джей Ди Вэнса, вы очень удивитесь. Там очень много постов о преследовании религии в Украине, о том, что в Украине нет свободы религии.
А это означает, что, очевидно, государственные институты, которые должны бороться с этой религиозной антиукраинской пропагандой, это Государственная служба по вопросам этнополитики и свободы совести и Министерство иностранных дел – они не дорабатывают.
Эксклюзивно для 5.UA – Анна Рыбалка, "5 канал"
Друзья, подписывайтесь на "5 канал" в Telegram. Минута – и вы в курсе событий. Также следите за нами в сети WhatsApp. Для англоязычной аудитории есть WhatsApp на английском.