Лонгриды

Что не так в интервью Хомчака: разведчики рассказали, как на самом деле погибли Журавль и Красногрудь

По словам товарищей, под командованием Красногрудя многие операции закончилось успешно

Главнокомандующий ВСУ Руслан Хомчак в интервью OBOZREVATEL рассказал, что гибели разведчиков 137 батальона 35-й ОБрМП можно было бы избежать, если бы они не нарушили приказ и самовольно не вышли в "серую зону".

Однако сослуживцы Ярослава Журавля и Дмитрия Красногрудя утверждают, что была разработана операция и издано два боевых распоряжения (БР), к тому же во втором речь шла о взятии вражеских позиций.

Разведчики согласились рассказать о тех событиях, но лишь при условии полной анонимности. Как известно, давать интервью без разрешения командиров им запрещено, и они заверили, что получить разрешение им точно не удастся. 

Сослуживцы уверены, что командование скрывает настоящую информации о гибели военных, которые не нарушали приказа, а непосредственно выполняли его.

Первое боевое распоряжение – на разведку

"Боевых распоряжений было два. Первое издано еще в июне. Это было БР от командира 137-го батальона, стандартное, на разведку местности на глубину до 5 км. И оно действовало на момент гибели Ярослава Журавля и Дмитрия Красногрудя.

В этом первом БР были фамилии полного состава разведывательного взвода батальона 137. К концу июня было около 10-12 выходов разведвзвода в "серую зону", в том числе и в ту балку. Это были выходы для ознакомления с местностью.

В результате этих выходов появилась идея Красногрудя (позывной "Мир", лейтенант, командир разведвзвода. – Ред.) о захвате вражеской позиции и вместе с ней целой улицы. Таким образом батальон мог передвинуть линию разграничения на 300-350 метров и вытеснить врага.

Эта идея была озвучена в штабе 137-го бата. Идею "Мира" внимательно слушали Рымаренко (комбат) и Плахотник (заместитель комбата по боевой подготовке). Оба перешли в морскую пехоту из 93-й бригады.

Красногрудь и Журавль. Фото: колаж 5.ua

Комбат Рымаренко загорелся идеей Красногрудя и приказал собрать максимум информации об этой местности. Плахотник не возражал.

Первое боевое распоряжение позволило собрать достаточно информации для выполнения операции, и комбат Рымаренко имел на руках все доказательства, с которыми начал выбивать БР на саму операцию", – рассказал один из разведчиков.

Второе боевое распоряжение  на взятие позиций

"Первая попытка была с комбригом (35-й ОБрМП) Паласом. Он отказал. Вторая попытка Рымаренко с его давним знакомым, командующим ОТУ. Командующий дал согласие на первой встрече, а на следующий день издал официальное боевое распоряжение.

"Мира" сразу вызвали на КНП (командно-наблюдательный пункт. – Ред.) батальона и ознакомили с БР-кой. Это было 29-30 июня.

Кстати, Рымаренко и Палас служили еще до войны вместе в 25 бригаде. Тогда было наоборот Палас был ниже по должности и званию. Рымаренко намекал, что Палас довы**бывается, что он его дожмет через связи.

После ознакомления Красногрудя с новым боевым распоряжением на взятие вражеских позиций (по факту – диверсионную работу) уже 3-го июля именно с этим БР группа пошла в разведку. Обращу внимание: при этом также еще действовало и изданное в первой половине июня БР. То есть одновременно два.

О работе разведки в этом районе знали не только в штабе. Командир минометки знал, потому что имел координаты вражеских позиций, которые должен подавать в случае ЧП.

В этом выходе 3 июля участвовало четверо разведчиков и двое были на прикрытии. Выход дал понять, что тропа к улице и к нужной позиции не охраняется, но заминирована. Было найдено несколько растяжек МОН и ПМН (противопехотные мины. - Ред.).

С этого дня почти ежедневно по этой тропе ходили группы по 3-4 разведчика. "Мир" (Дмитрий Красногрудь) и Ярик (Ярослав Журавель) участвовали во всех. Без них никто никогда никуда не ходил.

Так постепенно протоптали почти вплотную к вражеской позиции. Обходя растяжки и мины.

О том, что тропа заминирована, было известно всему командованию 137 батальона, потому что "Мир" об этом говорил на штабе".

О событиях 13 июля

"13-го июля, примерно в 5-6 утра, "Мир", Ярик и еще двое малолетних разведчиков пошли в разведку. "Мир" шел первым (он всегда ходил первым, потому что заканчивал саперные курсы), вторым Ярик, потом двое "малолеток" (неопытных).

"Мир" подошел к последней точке, где были в прошлый раз. Приказал отойти немного назад "малолеткам" и залечь. Ярику приказал оставаться на этой точке и прикрывать, а сам пополз вперед. Это было около 8 утра.

Красногрудь прополз метров 50 и увидел очередной заминированный участок. Сообщил об этом Ярику и приказал не идти к нему. Затем произошел взрыв и тело "Мира" отбросило метров на пять, отбросило еще на одну мину, и раздался второй взрыв...

Спасти его было невозможно, мы видели фото тела, которые сделали сепары. И это доказательство, что Красногрудь сразу погиб, что Журавль его не бросал живым.

Ярик подполз на расстояние визуального контакта. Убедился, что "Мир" погиб, и отполз к двум "малолеткам". Потом они вместе вернулись на наши позиции и сразу сообщили на КНП батальона о ситуации.

По договоренностям, за телом "Мира" должны были идти гражданские в белых жилетах с белым флагом и без оружия. Но Рымаренко отправил шестерых вооруженных и двоих без оружия (СЦЦК). Почему так неизвестно.

О том, как был ранен и погиб Журавль, уже все в курсе. Он истек кровью, так и не дождавшись помощи. Но сегодня нам важно было рассказать, что ни Ярослав Журавель, ни Дмитрий Красногрудь не нарушили приказов, не отправились самовольно в "серую зону" – было два боевых распоряжения".

"Спецназ ждал приказа". Что не было сделано для спасения жизней воинов

"Не было прикрытия группы. Если бы минометка работала по трем позициям, из которых прямой прострел этой балки, то можно было бы забрать раненого Ярослава Журавля за считанные минуты. Там на карте расстояние 350 метров, а если тропой – менее 800.

Не выдали рации с гарнитурами на другой прошивке (у врага целых шесть часов был доступ к рации погибшего "Мира").

За раненым Журавлем отправили неподготовленных и деморализованных бойцов (не разведчиков), а не спецназ, который ждал приказа на командно-наблюдательном пункте. Там были по меньшей мере 7 крепких, до зубов вооруженных спецов. Они приехали на территорию КНП 137 бата где-то в 13-14 часов 13-го июля и были там по меньшей мере до 16 июля.

Комбат Рымаренко заставлял писать рапорты и объяснительные так, как ему выгодно. Угрожая тем, что привлечет к ответственности за то, что бросили умирать Ярика и бежали, соврав, что тот мертв.

Матрос Пецух один из тех, кто сразу стал врать в пользу комбата. Потом поехал врать родителям Журавля и снялся в лживом ролике. За это он получил орден "За мужество" 3-й степени.

Другой "малолетка" не захотел врать, поэтому не получил награды. Хотя почему, они вместе были. Вместе бежали с поля боя. Вместе бросили "подлого" и "Эстонца". Везде вместе".

"Дружба комбата с ребятами – миф"

Рымаренко любит награды и славу, а Красногрудь с Журавлем – свою работу.

В 93-й бригаде "Мир" и Ярик организовали операции по захвату пленных (россиянин Виктор Агеев и еще трое были взяты в плен), по ликвидации живой силы противника (российский снайпер-инструктор "Алекс" и его напарник ликвидированы), уничтожение двух Уралов и зенитки плюс полноценный взвод личного состава (около 10 человек), а также данные разведки, полученные на глубине 7 км в тыл противника от линии разграничения и так далее...

Ни Красногрудь с Журавлем, ни другие разведчики из их взвода не получили за это ни копейки премий – разве что две государственные награды. Все "собирал" Рымаренко. Вот такая "дружба" была.

Между Рымаренко и Красногрудем был "договор": "Мир" разрабатывает все операции, планирует, а комбат дает на них добро и БР.

Именно за "Миром" в 137-й отдельный батальон перешли еще три разведчика (включительно с Журавлем). И еще должны были перейти ребята. Просто у всех разные сроки контрактов в других подразделениях. "Мир" собирал команду специалистов и все шли за ним.

Красногрудь подписал контракт со 137-м батом в феврале 2020 года. В мае прошел полосу препятствий (имея два ранения и титановую вставку в плече). В мае пришел Ярик и еще один разведчик.

Под командованием "Мира" многие операции закончились успехом. Нам этого достаточно. Просто делать свою работу.

И когда главнокомандующий сказал, что "комбат не знал, что ребята ушли в серую зону"... Комбат Рымаренко не просто ЗНАЛ, а требовал быстрее воплотить операцию по захвату позиции и улицы.

Он это написал в рапорте, что не знал, – уже после гибели Красногрудя и медика Илина ("Эстонца"). Ярик был еще жив, но именно Рымаренко подал документы на военкомат, что Журавль погиб. В похоронке указаны время и дата гибели Журавля, когда его еще снимали живым на дрон!

Комбат начал придумывать, как выкрутиться. А потом следствию (СБУ и военной прокуратуре) тоже заявил, что никого не отправлял. Будто они были на огневой позиции и решили сами пойти в разведку. Но тут есть нюанс: взвод разведки не заступает дежурить на огневые позиции. Это полный бред".

Напомним, отец погибшего Ярослава Сергей Журавель обратился в суд с жалобой на Государственное бюро расследований и Офис генерального прокурора. В связи с тем, что эти ведомства не увидели вины президента в бездействии, которое привело к гибели его сына. В иске отец разведчика обвинил Владимира Зеленского в том, что запретил привлекать спецназовцев для спасения сына возле Зайцево.